На вопросы Oxu.Az отвечает политолог, научный сотрудник Института по правам человека НАНА, Моисей Беккер.
- Что Вы думаете по поводу событий в Йеменской республике?
- Йеменская республика десятилетиями живет в состоянии перманентной гражданской войны, которая ведется различными племенами. В последнее время она обострилась в результате противостояния, которое мы наблюдаем между Саудовской Аравией и Исламской республикой Иран. Саудовская монархия в силу обладания значительными финансовыми и природными ресурсами позиционирует себя в качестве лидера суннитов, т.е. подавляющего большинства мусульманской уммы.
Исламская республика Иран пытается создать и возглавить прочное ядро из всех шиитов и в силу обладания значительными вооруженными силами – стать лидером исламского мира. Йеменская республика, как зеркало, отражает указанные противоречия, поскольку страна разделена почти поровну между двумя указанными религиозными течениями.
Кроме того, в ней до сих пор сохранилась вражда между севером страны и более передовым югом. Указанные противоречия умело используются региональными державами, которые зорко следят за тем, чтобы ни одна группировка не получила преимущества. На данный момент этот баланс нарушен в пользу шиитской группировки «Аллах Ансар», а, следовательно – Ирана.
- Группа стран во главе с Саудовской Аравией выступила единым фронтом против движения хуситов. Как это скажется на дальнейшей расстановке сил в регионе?
- Исламская республика Иран уже возглавляет шиитские страны и вооруженные формирования, которые полностью зависят от нее в материальном и техническом отношении. Без иранской поддержки сирийский режим Башара Асада, который опирается на помощь «Хизбаллы» и подпитку со стороны «Корпуса стражей исламской революции», давно бы исчез с политической арены.
То же самое относится и к шиитскому правительству Ирака, которое ведет изматывающую войну с организацией Исламское государство. К тому же у Ирана серьезные проблемы в его населенной арабами – суннитами провинции Хузестан. Кроме того, если Вы обратили внимание, к коалиции присоединилось и совсем неарабское государство Пакистан, которое поддерживает сепаратистов из иранской пограничной провинции Систан-Белуджистан.
У Саудитов головную боль вызывает положение в населенной шиитами Восточной провинции, где находятся основные запасы нефти и газа королевства. Так что расстановка сил уже обозначилась по идеологическим и экономическим параметрам. Присоединение к коалиции Египта связано с угрозой перекрытия хуситами, в случае захвата Адена, Баб эль Мандебского пролива, через который осуществляется транспортировка нефти из стран Залива на Суэцкий канал и далее в Европу.
Кроме того, всегда есть опасность выполнения Ираном угрозы перекрыть Ормузский пролив, а это уже полная катастрофа и провоцирование большой войны с участием США и других стран НАТО.
Одним словом, если не остановить сползание региона за красную линию – сложно предсказать, чем это все закончится и какие государства на сколько частей распадутся, тем более, что Ближний Восток уже имеет де-факто существующий Курдистан. Ситуация напоминает Европу кануна Тридцатилетней войны 1618-1648 года, когда протестанты выясняли отношения с католиками. Я уже не говорю о том, как это может отразиться на нефтяном рынке.
- Какое влияние происходящие события могут оказать на регион Южного Кавказа?
- В данном случае сложно сказать что-либо конкретное за весь регион, поскольку у каждой расположенной здесь страны свои интересы и соответственно исходящие из конфликтной ситуации угрозы. Для Азербайджана проблемой могут стать потоки беженцев и все вытекающие из этого последствия. Во всем остальном – будем надеяться, что большой войны удастся избежать.
Л.Г.
www.oxu.az
