С приближением уровня мировых цен на нефть к критической отметке в 40 долларов США и с сокращением официальных валютных резервов Центрального банка Азербайджана (ЦБА), у тех, кто был против сохранения курса маната на уровне 1 доллар = 1.05 маната, появились новые поводы для критики. Со всех сторон на ЦБА обрушился «шквал огня»: почему манат не отпускают в «свободное плавание»?
Дело дошло до того, что некоторые иностранные финансовые институты начали «учить» ЦБА.
Например, один из ведущих банков США - «Bank of Amerika Merrill Lynch» - призвал ЦБА перестать придерживаться политики искусственного обеспечения стабильного курса маната. Структура заявила, что в нынешней ситуации, в условиях снижения цен на нефть, нужно отказаться от проведения такой монетарной политики.
«Bank of America» считает, что политика, направленная на сохранение стабильного курса маната к доллару, в ближайшее время должна быть пересмотрена, и что манат должен либо снова подешеветь на 30-35%, либо, как в России и Казахстане, должен быть «отпущен» в соответствии с политикой «плавающего курса».
Некоторые местные эксперты также придерживаются этой идеи. Они заявляют, что манат необходимо «отпустить в свободное плавание» в связи с возможным последующим, еще большим снижением цен на нефть; сокращением валютных резервов ЦБА чуть ли не 1 миллиард долларов США ежемесячно; введением девальвации в соседних странах; подорожанием доллара во всем мире; необходимостью восстановить в стране экономическую активность и предотвратить ограничение используемых возможностей экспортного потенциала.
Но дело в том, что все это только кажется просто.
А как на самом деле все обстоит? Почему ЦБА «крепко держит» курс маната?
Дело в том, что те, кто критикуют ЦБА, административным путем удерживающего стоимость маната, почему-то не учли, или вернее не захотели учесть, что сегодня 77,72% общего экспорта Азербайджана приходятся на поставки сырой нефти. Это в свою очередь означает, что стоимость маната зависит от мировых цен на названную продукцию. Возникает вопрос: в таких условиях с помощью какого механизма ЦБА должен регулировать курс маната? Безусловно, с помощью административного механизма…
Некоторые эксперты отмечают, что вместо удешевления курса маната на 34% по отношению к доллару, как было сделано ЦБА в феврале этого года, было бы более целесообразно перейти к политике «плавающего курса», как это сделали в России. Они полагают, что в таком случае, возможно, манат подешевел бы не 34%, а гораздо больше, но согласно законам рыночной торговли на финансовом рынке страны через некоторое время соотношение спроса и предложения урегулировалось бы, и это позволило бы избежать резкого падения стоимости маната.
Потому что в России, в связи с переходом Центробанка РФ в декабре прошлого года к «плавающему курсу» рубля, рубль сначала подешевел за короткое время до 2 раз, но затем его стоимость приостановила падение, вышла на стабильный уровень и затем начала расти.
И даже пытался вернуться на прежний уровень.
А есть ли в Азербайджане возможность и условия, чтобы проделать это с манатом? Как можно гарантировать, что после перехода маната к «плавающему курсу», рынок саморегулируется?
Есть ли для этого основания?
К сожалению, у нас пока для этого не имеется достаточно оснований и факторов. В экспорте России и Казахстана значительная доля приходится на продукцию ненефтяного сектора, а у нас только на экспорт сырой нефти приходится 77,72% всего экспорта, 6,61% общего экспорта составляют нефтепродукты и до 2% - экспорт природного газа.
Возникает вопрос: а если стоимость маната будет «отпущена», то какая ненефтяная продукция будет стоять за ним?
Даже если бы манат был отпущен тогда, когда стоимость барреля нефти еще превышала 100 долларов США, то и это привело бы к нарушению макроэкономической стабильности. Поэтому в Азербайджане возможен переход только к политике управляемого плавающего курса, и разговор идет только об этом варианте, а он практически не отличается от механизма административного регулирования.
Правда, валютные резервы Центробанка продолжают истощаться. Согласно последним данным, в ноябре 2015 года по сравнению с октябрем этого же года валютные резервы сократились на 589 миллионов долларов (или 8,62%), т.е. снизились до 6 млрд. 245 млн. 600 тыс. долларов. Таким образом, с начала текущего года валютные резервы Центробанка, которые на 1 января 2015 года составляли 7 млрд. 512 млн. 700 тыс. долларов, сократились на 54,6%.
Отметим, что сокращение валютных резервов наблюдается с июля прошлого года. Возникает еще один вопрос: смогло ли падение маната в феврале сдержать темпы сокращения валютных резервов? Конечно же, нет…
В этом смысле, хочу еще раз обратиться к тем, кто спрашивает, почему на фоне ежемесячного сокращения валютных резервов правительство не идет на девальвацию: а почему они уверены, что с удешевлением маната приостановится сокращение валютных резервов?
Вообще, сможет ли девальвация остановить процесс сокращения валютных резервов?
Само собой, что это не так.
Но что тогда нужно предпринять?
Полагаю, что для того, чтобы удержать курс маната, необходимо основываться на положительном сальдо внешнеторгового оборота, обеспечению которого необходимо уделять пристальное внимание. Если мы сумеем достигнуть этого, то можно будет не беспокоиться из-за падения цен на нефть на мировом рынке. Но сегодня пока нет серьезных оснований говорить об этом. Другими словами, внешнеторговый оборот или положительное сальдо сводного баланса страны имеет важное значение для стабильности курса маната.
Так, в ближайшем будущем судьба маната будет зависеть именно от этого фактора. Таким образом, если мы хотим застраховать себя от колебаний мировых цен на нефть, нам необходимо сохранять положительное сальдо во внешней торговле. Это одно из важных условий, от которого зависит и дальнейшая судьба маната и макроэкономическая стабильность в Азербайджане.
Пярвиз Гейдаров
www.oxu.az
