Интервью Oxu.Az с израильским политологом Юрием Бочаровым.
- Лето 2018 года характеризуется обвалом иранского риала, российского рубля и турецкой лиры. Последняя за минувшую неделю рухнула почти на 50%. Чем это чревато для Турции, для ее экономики? Насколько серьезными могут быть последствия?
- Обвал национальной валюты, в принципе, всегда предвестник тяжелого экономического кризиса и, как результат, дестабилизации обстановки в стране. И тут возникает замкнутый круг, ведь именно противостояние надвигающемуся кризису заставляет правительство страны идти на затягивание поясов, на непопулярные экономические реформы, что еще более раскручивает маховик недовольства в стране, а значит, еще сильнее дестабилизирует обстановку в ней. Вопрос, насколько эта «дестабилизация» может выйти из-под контроля Эрдогана, покажет время. Хотя, на мой взгляд, у него больше шансов выстоять, чем, к примеру, у того же Ирана.
- Могут ли Трамп и Эрдоган выправить ситуацию, или их противостояние будет продолжаться до «победного конца»? Что необходимо сделать руководству Турции, чтобы Вашингтон смилостивился, или Анкара не пойдет на этот шаг?
- Сегодня в регионе появился «новый» серьезный игрок - Россия. Практически все страны в регионе вынуждены считаться с этой новой реальностью, и самое интересное, что это появление вдруг многим понравилось и вписалось в их видение региональной политики. США же совершенно не заинтересованы в потере своего статуса ведущего игрока в регионе.
Турция как бы оказалась на перепутье. С одной стороны, Эрдоган также претендует на роль ведущего, хотя бы в районах своих границ, а это и Сирия, и Иран, и «свободный Курдистан», и в этой связи он как бы более заинтересован «российским видением» развития событий, что, естественно, в корне не устраивает США. С другой стороны, «мечты» Эрдогана о возрождении Османской империи в ее новой инкарнации также напрягают многих в регионе, что приводит к росту числа его противников среди соседей.
Вопрос в том, чего по-настоящему хочет Трамп? Только не позволить Турции купить С-300 и держать ее на привязи к американскому военному комплексу или чего-то пошире? Куда и как должна пойти политика Турции, чем она должна поступиться? Пока истинные аппетиты и пожелания Трампа не слишком видны. Он пока лишь пугает. Подождем развития событий. Ведь тут так много незримых связей со всем регионом, и вполне возможно, что давление на Турцию - это игра, рассчитанная на соседние страны.
- Существует ли вероятность выхода Турции из НАТО?
- Навряд ли сейчас Турция готова выйти из НАТО. Ведь НАТО не столько США, сколько Европа, с которой Эрдогану совершенно не хочется терять связь. Да и нынешнее противостояние Европы с США играет на руку турецкому руководству. Так что до тех пор, пока Турция заинтересована в Европе, она, скорее всего, не предпримет таких кардинальных шагов.
- В последние дни все чаще можно услышать заявления лидеров региональных государств о намерениях осуществлять торгово-финансовые операции без «участия» доллара. Насколько это может быть эффективно?
- Не секрет, что доллар держит монополию на практически все мировые торгово-финансовые операции. Вся мировая банковская система заточена под долларовые операции. Поэтому в ситуации «ты мне - я тебе» между рядом стран возможны любые операции без участия доллара. Но ведь никто уже не меняет литр бензина на килограмм зерна, поэтому в глобальном варианте сегодня это навряд ли принесет серьезный успех, но выходить из-под долларового контроля все же надо.
- Не утихают акции протеста и в соседнем Иране, где экономические трудности заставили людей выйти на улицы. Содержит ли этот процесс серьезную угрозу для иранских властей? Может ли это привести к смене руководства страны?
- Все зависит от степени вводимых санкций. Если, конечно, США «зажмут» всю Европу и смогут перекрыть контакты Ирана со странами региона, в основном, с Китаем, Индией и Пакистаном, то экономический кризис в стране превратится в катастрофу с вытекающими из этого социальными последствиями. Хотя сегодня у иранского руководства еще достаточно сил, чтобы погасить, даже ценою сотней жизней, любую революцию в стране.
Однако, как говорится «вода камень точит». И, как показали в свое время события «арабской весны» и в Тунисе, и в Ливии, да и в Египте, никто не знает, что же может стать катализатором распада страны.
- Во время подписания в Актау Конвенции о правовом статусе Каспия президент Ирана Хасан Роухани заявил о необходимости продолжения переговоров по разграничению линий на Каспийском море. Что не устраивает Тегеран в данном вопросе?
- В первую очередь, здесь противостояние американскому присутствию в порту Актау, а также «обида» за, якобы» уменьшение «равной доли» с 20% (ведь там 5 государств) в фактическую, по площади в 14%.
И главное: вопрос размежевания дна по-прежнему открыт. В тексте договора указывается, что «разграничение дна и недр Каспийского моря на сектора осуществляется по договоренности сопредельных и противолежащих государств с учетом общепризнанных принципов и норм права». То есть конкретные координаты раздела будут определять сами государства между собой.
И поэтому Иран еще может поторговаться и с Азербайджаном, и с Казахстаном за морские подводные границы. А в период кризиса в стране ему есть что простить взамен у этих стран.
Г.Д.
www.oxu.az
