Распоряжением Президента Азербайджана Ильхама Алиева от 15 февраля 2023 года народный художник Натиг Алиев был назначен ректором Академии художеств страны. О том, как он совмещает две ипостаси - административного и творческого деятеля, а также о самой первой своей работе и незабвенных учителях он рассказывает газете "Каспий".
Натиг Алиев - народный художник Азербайджана, академик Российской академии художеств, скульптор, профессор, ректор Академии художеств, автор многих памятников, украшающих столицу Азербайджана и другие города мира и завоевавших признание истинных любителей искусства. Кавалер ордена "Шохрат", лауреат межгосударственной премии СНГ "Звезды Содружества", удостоен ордена "Звезды Италии" в степени кавалера, австрийского "Золотого почетного ордена" (Орден почетного рыцаря I степени) и многих других наград за заслуги в области искусства.
- Не так давно вам доверили руководство Академией художеств Азербайджана. Какую задачу вы ставили перед собой, вступая в эту должность?
- По окончании Ленинградского высшего художественного училища имени Веры Мухиной (ныне СПГХПА имени А.Л.Штиглица) я начал работать в Баку на кафедре скульптуры Института искусств (теперь Университет искусств). В 2000 году Указом президента Гейдара Алиева была создана Азербайджанская государственная академия художеств, ныне Академия художеств Азербайджана. За годы работы заведующим кафедрой скульптуры, председателем художественного совета академии, преподавательской деятельности у меня накопился довольно большой педагогический опыт. Кроме того, я хорошо знаю наш коллектив, потому что бываю на выставках наших художников, общаюсь с ними по работе, встречаюсь на различных конкурсах или просто в повседневной жизни, поскольку все мастерские расположены рядом. Что касается учебного процесса, то я знаю, как и в каком направлении его можно улучшить, на что нацелить внимание педагогического коллектива. И когда меня назначили ректором, я не откладывая начал работать над этими вопросами.
У нас хороший уровень образования, но нет предела совершенству, поэтому поднятие этого уровня я и поставил первоочередной своей задачей. Конечно, подумал и об улучшении благосостояния наших преподавателей и технических работников. Это была самая главная моя задача, работа над которой продолжается по сей день.
Студенты у нас талантливые, трудолюбивые, они очень серьезно работают над собой. В академии преподают лучшие художники Азербайджана, мы приглашаем и зарубежных живописцев для проведения мастер-классов. Это дает возможность помимо учебы приобщаться к мировым веяниям в искусстве, к творчеству современных зарубежных художников. Ведь одно дело - учеба, и совсем другое - самостоятельная жизнь, выработка своего взгляда, художественного почерка. По окончании учебы они уже должны уверенно стоять на ногах, иметь пусть только складывающийся, но собственный индивидуальный почерк. Поэтому чтобы подготовить профессионального художника, на младших курсах мы изучаем академическую школу, без этого невозможно стать профессионалом. Также они должны быть в курсе современных веяний, знать течения в мировом искусстве, но опять-таки: без академической школы невозможно достичь успеха. Мы отправляем наших студентов в другие вузы, к нам также приезжают и преподаватели, и студенты. Особое внимание уделяем обмену опытом между вузами.
- Как вы совмещаете административную работу с творческой?
- Конечно, когда меня назначили на столь ответственную должность, пришлось изменить свой жизненный график. Ведь одно дело - преподавать, и другое - руководить таким большим вузом, академией. Естественно, мало времени остается на общение с семьей, на сон, но я, тем не менее, ежедневно после академии прихожу к себе в мастерскую и всецело отдаюсь работе. Так получилось, что в дни назначения на должность ректора я принимал участие в конкурсе и, став его победителем, благополучно завершил работу над памятником ашугу Алескеру. А вскоре принял участие во втором конкурсе.
- Над чем сейчас работаете?
- В данный момент делаю эскизы памятника и работаю над станковой скульптурой. Времени мало, хочется все успеть, но не всегда получается. Иногда до часу ночи нахожусь в мастерской, порой возникает желание остаться до утра - так захватывает работа, но все же благоразумно решаю отложить на следующий день…
Сейчас тружусь над эскизом памятника и мемориальной доской. Выполняю интересную работу в стекле, есть еще вещи, которые хочется сделать как бы для себя. Но все должно быть исполнено на высоком профессиональном уровне.
- Расскажите, как вы работали над образом Чингиза Айтматова, он ведь был необыкновенным человеком и писателем.
- Когда я начал работать над образом Айтматова, естественно, еще раз вернулся к его произведениям. Немаловажно было знать, как он жил, работал, чтобы создать полнокровный образ, а ведь раскрывался он в первую очередь через творчество: там его мысли, характер, душа. Смотришь на фотографию - и вспоминаешь героев его произведений. Я хотел, чтобы зритель даже в бронзе чувствовал величие его уникальной личности, его живую душу, которую он растворял в образах своих литературных героев, заставляя нас, читателей, искренне сопереживать им.
- Нашла в интернете некоторые ваши работы и вот на что обратила внимание: все они создают впечатление некоей жизни, бьющейся в камне. Каждая скульптура словно дышит, находится в движении…
- Да, я всегда стремлюсь к тому, чтобы мои скульптуры были в движении, и вот для чего. Дело в том, что они стоят в городе, и одно дело - если в парке, где есть деревья, тишина, и совсем другое - когда в самом центре, где ездят машины, куда-то спешат люди… И посреди этого движения - статичная скульптура. Обратят на нее внимание? Сомнительно. А ведь скульптура должна привлекать внимание!
Какими средствами это достигается? Например, динамикой, ну и, конечно, силуэтом. Это очень важный момент для меня, это то, на что я обращаю особое внимание. Посмотрите, как солнце оживляет скульптуру: вот оно восходит, движется, а затем медленно заходит - фигура при этом освещается то сбоку, то спереди, то со спины. Иногда даже лица не видно, только силуэт. Значит, и он может привлечь внимание своей особенностью, что-то рассказать об образе. И падающий на скульптуру свет вносит свою лепту в восприятие. Зритель издали видит только форму, поэтому очень важно суметь передать ее движение в пространстве. Это очень важный момент и в станковой скульптуре, и в монументальной. Самое главное - движение формы в пространстве…
- Какая из ваших работ вам далась легко, а какая - трудно?
- Нет у меня легкой работы - ни одна мне так просто не давалась. Когда работа удается сразу, я даже немного напрягаюсь: мне кажется, над скульптурой надо трудиться и найти наилучшее решение. Я не боюсь искать какую-то форму, и если она получилась, не стану трогать ее. Но если нужно, сломаю и сделаю заново, я этого не боюсь. Нет такой работы, которая легко дается, надо постоянно искать, а на это требуется время, знания, практика. Слава богу, школа у меня была хорошая, прекрасные преподаватели, и это всегда помогает.
- Расскажите о самой первой вашей работе. Чему или кому она была посвящена?
- Мне было тогда 22 года, я учился в Ленинграде на отделении монументальной скульптуры. На втором курсе у нас в училище вывесили объявление о конкурсе, участие в котором приняли в основном студенты, в том числе и я. Из всех работ выбрали мой эскиз: я делал скульптурную часть памятника, который должен был быть посвящен преподавателям и студентам Ленинградского санитарно-гигиенического мединститута имени Мечникова, а архитектурную - заслуженный архитектор РСФСР Яков Николаевич Лукин. Очень хороший архитектор, был нашим ректором. Мою скульптурную композицию одобрили, совершенно неожиданно для меня. Заведующий кафедрой Петр Федорович Куликов сообщил мне эту новость, и сказал: "Натиг, ты представляешь, у меня в Ленинграде нет памятника, а у тебя будет! Ты понимаешь, что это такое?! Так что смело работай".
Мне также дали возможность доработать эту скульптуру - одежду медиков и солдат. Разумеется, я понимал, какая это ответственность. Мне даже разрешили свободное посещение лекций, но я, естественно, регулярно ходил на все занятия по спецпредметам, потому что приехал учиться. А эта работа не была спецзаказом, я ее делал на общественных началах, бесплатно. Мне тогда выделили отдельную мастерскую. Яков Николаевич приезжал раз в неделю, интересовался, есть ли какие-либо затруднения, чем помочь…
По окончании работы я должен был представить ее худсовету. Оказалось, что в Санкт-Петербурге их было два: один - по Ленинграду и области, другой - всесоюзный, по другим городам. Это была строгая комиссия. Председателем первого худсовета был Михаил Аникушин, а входили в него Григорий Ястребенецкий, Валентина Рыбалко и еще несколько человек, фамилии которых спустя 40 лет я уже не помню. Они пришли ко мне в мастерскую принимать работу. Впервые здесь побывал и Михаил Константинович, я его лично не знал.
В приемке принимали участие и академики медицины, потому что памятник должны были установить во дворе больницы имени Мечникова. Медики и раньше приходили ко мне в мастерскую, интересовались ходом работы, а однажды рассказали мне, что во время войны колпаки у врачей были высокие. Я так и сделал, но Аникушину это не понравилось: "Почему такие высокие колпаки? Они в них на поваров похожи…". Я промолчал, но медики подтвердили свою версию. Завязался небольшой спор, по итогам которого мне предложили сходить в военно-артиллерийский музей и уточнить этот момент. Музей, кстати, оказался интереснейшим. Там было представлено оружие разных эпох.
Я собрал необходимый материал, вернулся к своей работе и спустя некоторое время решил показаться худсовету еще раз. У кого-то выяснил, где находятся скульптурные мастерские - сказали, что на Песочной набережной. Мне показали мастерскую председателя худсовета, и я постучался к нему: "Мне сказали, что вы будете принимать мою работу". "Молодой человек, я - председатель худсовета области, а в Ленинграде председатель худсовета Аникушин Михаил Константинович, идите к нему, он тоже на Песочной набережной живет, только у него отдельно стоящая мастерская".
Мальчишки во дворе играли в футбол, а рядом вижу - стоит похожее на кинотеатр, очень современное для того времени здание. Адрес был тот же, что мне сказали, но на мастерскую дом совсем не походил. Спросил у ребят. Они ответили, что это как раз она и есть. Я очень удивился, но позвонил в дверь, Аникушин открыл: "А я вас помню, молодой человек!". "Когда вы в первый раз были у меня, указали на недоработки и посоветовали сходить в музей. Я пришел сказать, что все исправил, можете посмотреть", - сказал я ему. "Да мы в тот же день приняли вашу работу, я ведь видел ее, но чтобы вы были спокойны, к вам зайдет Ястребенецкий", - ответил он.
Я позвонил ему и попросил прийти посмотреть, он согласился. По дороге мы разговорились. Он рассказал, что родился в Баку, но живет в Ленинграде. У него были знакомые скульпторы в Баку: он знал Токая Мамедова, Омара Эльдарова. Когда мы пришли в мастерскую, он сказал: "Ну, теперь все хорошо, я вас поздравляю, работа принята". Конечно, в то время я просто летал в облаках: первая работа, тем более - в Ленинграде! Даже сейчас думаю, что это было очень серьезно. Там ведь везде произведения скульпторов мирового класса, и вдруг моя работа - тоже стоит в этом городе, как бы на память от меня Санкт-Петербургу.
Этот город мне очень дорог: там прошла моя юность, там учился у очень известных, талантливых педагогов, которых никогда не забуду. И город прекрасный… Для меня самые дорогие города - Баку и Ленинград. Внимание и доброту всех этих людей я помню до сих пор. Они всегда обращались к нам, студентам, на "вы", потому что видели в нас творческую личность. Но особо хотелось бы сказать о Валентине Лаврентьевне Рыбалко. Когда я учился на втором курсе, она наблюдала за моим творчеством и, увидев мою курсовую, предложила перейти к ней, то есть на курс выше. Я не захотел, хотя мог бы, если бы принял предложение, закончить обучение на год раньше. Мне хотелось подольше оставаться в этом городе, еще чему-то научиться…
- Насколько успешно вы завершили обучение?
- Я окончил отделение архитектурно-декоративной пластики, был Ленинским стипендиатом и завершил обучение, получив диплом с отличием. Я благодарен нашим прекрасным педагогам за знания и ту доброжелательную атмосферу, в которой мы учились.
…Откровенно говоря, тот ленинградский памятник медикам я хотел приобщить к своей дипломной работе, но впереди было еще три года учебы. Установили его лишь в 1985-м: пока отливали, пока искали средства… Я уже служил в армии и не смог присутствовать на открытии. Но вот что интересно: когда я позвонил знакомому, который работал в Ленинградском санитарно-гигиеническом медицинском институте имени Мечникова, и поинтересовался, как прошло открытие, он сказал, что в газете "Правда" на первой странице было напечатано, что установлен памятник павшим медикам и студентам, авторами которого являются заслуженный архитектор РСФСР Яков Николаевич Лукин и скульптор Натиг Алиев...
