В последних заявлениях президента Франции Эммануэля Макрона, вызвавших справедливое негодование Азербайджана, примечателен не только ярко выраженный антиазербайджанский аспект. В конце концов, мы уже привыкли к предвзятой, односторонней, проармянской позиции Франции. Хотя следует признать, что нынешнее душеизлияние Макрона перешло все границы, ибо продемонстрировало враждебное отношение главы французского государства - а не какого-нибудь сенатора или мэра - к Азербайджану.
Высказывания Макрона, прозвучавшие в его интервью телеканалу France 2, наводят на серьезные размышления, прежде всего, в контексте той проблемы, свою причастность к разрешению которой столь усердно пытается утвердить возглавляемая им Франция. То есть - азербайджано-армянского урегулирования, и причем с учетом именно армянской политики, которая, собственно, и создает для Франции "режим наибольшего благоприятствования" для игры в активность на данном "треке".
Однако в этой связи вызывает особенный интерес и антироссийская составляющая пафосной проармянской речи Макрона, который обвинил Россию в том, что она, дескать, "сыграла в игру Азербайджана при соучастии Турции, а потом вернулась туда, чтобы ослабить Армению". И, мол, на фоне направленной против Армении политики России Франция армян "не бросит".
Ясно, что подобные заявления Макрона следуют в логике ярко выраженного намерения Запада вытеснить Россию с Южного Кавказа и использовать для достижения этой геополитической цели самое слабое региональное звено - Армению. Но если подлинные устремления вновь подтвердившей свою лицемерность Франции (чего стоят все те же антиазербайджанские изрыгания Макрона буквально через несколько дней после его приветливых позирований во время пражских переговоров лидеров Азербайджана и Армении) не вызывают никаких вопросов, то непонятно, какой толк от них будет иметь сама Армения.
Действительно, каким образом Армения собирается увязать свои союзнические отношения с Россией и дружбу с оголтело антироссийской Францией? Всерьез ли армянский премьер Никол Пашинян рассчитывает "усидеть" между российским президентом Владимиром Путиным и осуждающим последнего французским президентом Макроном? Намерен ли и далее Пашинян совмещать свои многочисленные телефонные звонки к хозяину Кремля в "критические для Армении дни" с демонстративным братанием с хозяином Елисейского дворца? Тем более что не приходится сомневаться: многие перлы о злодеяниях России конкретно в отношении Армении французский лидер почерпнул не от кого-нибудь, а именно от Никола Воваевича…
Очевидно, что союзничество Еревана с Москвой - как на двусторонней основе, так и в рамках ОДКБ - несовместимо с явными армянскими попытками переориентироваться на Запад. Включая и "нежности" Армении с Францией. Равно как и трудно состыковать запущенную с согласия Армении инициативу о размещении на ее границе с Азербайджаном гражданской миссии Евросоюза с аналогичными расчетами ОДКБ.
А потому вполне резонен вопрос: удастся ли Армении, субъектность которой снизилась практически до нуля вследствие разгромного поражения от Азербайджана в 44-дневной войне, избежать превращения своей территории в арену реального силового противоборства между Россией и Западом? И что подобная перспектива означает для самого процесса урегулирования азербайджано-армянских отношений?
В любом случае Армения, движимая в своих внешнеполитических телодвижениях одним-единственным стремлением - заручиться поддержкой крупнейших силовых центров с целью сохранения в своей повестке территориальных претензий к Азербайджану, - рискует самым ценным. А именно - самой своей государственностью. Ибо в попытках использовать определенные великодержавные интересы Армения не имеет никаких шансов не только остаться в стороне от провоцируемого ею столкновения силовых центров на своей территории, но и обеспечить дальнейшую жизнь своим притязаниям на азербайджанские земли.
Никакие армянские манипуляции, направленные против суверенитета и территориальной целостности Азербайджана, не пройдут. Но сама Армения, в случае если не использует единственную спасительную для своего дальнейшего существования возможность - заключение мирного договора с Азербайджаном, - останется ни с чем. Буквально. В прямом смысле.
Натиг Назимоглу
