Распространено мнение, что внешняя политика США меняется с каждой администрацией президента США. На самом деле внешняя политика США на удивление стабильна. Иногда слишком стабильна.
Об этом пишет американский дипломат Ричард Хогланд в своей статье "Новая политика США относительно стратегического Каспийского региона: Поднять наш флаг выше и сфокусироваться на Азербайджане и Казахстане", опубликованной на сайте на Каспийского политического центра (CPC).
В статье отмечено, что иногда она становится склеротичной и требует коренного переосмысления. Это время пришло для внешней политики США в отношении восьми стран на южной окраине бывшего Советского Союза. Сюда входят три страны Южного Кавказа - Армения, Азербайджан и Грузия - и пять стран Центральной Азии - Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан. Все восемь составляют Большой Каспийский регион.
Проблема нашей внешней политики в этом регионе в том, что она застряла в прошлом. Точнее, в прошлом "холодной войны", когда Вашингтон рассматривал мир, как бинарные системы: "Либо ты с нами, либо ты против нас".
И когда страны сделали выбор в пользу нас, мы довольно часто охотно игнорировали некоторые из их более глубоких проблем просто потому, что они были "на нашей стороне". Конец холодной войны оставил нашу внешнюю политику в некотором роде плывущей по течению, и это, безусловно, касается Каспийского региона. В период после окончания холодной войны наша политика имела тенденцию трансформироваться из "быть с нами" в "быть похожими на нас". И когда страны делали выбор в пользу нас, мы довольно часто охотно игнорировали некоторые из их глубоких проблем просто потому, что они уже были "на нашей стороне".
Когда в 1989 году "железный занавес" начал ослабевать, а затем, когда он рухнул и разлетелся в клочья в конце 1991 года, внешнеполитические деятели США испытали головокружение, демонстрируя "иррациональное изобилие" - термин, придуманный Аланом Гринспеном. Чтобы отметить решительный конец старой эпохи и начало новой, Фрэнсис Фукуяма написал книгу, которую он назвал "Конец истории". Мы были уверены, что новые независимые страны "стремились вздохнуть свободно" и, естественно, быстро превратятся в свободные страны с демократичным рынком - точно так же, как и мы.
Но этого не произошло…
Этого не произошло, просто потому что у каждой из этих новых стран была своя собственная история, которая явно не была западной. Что еще более важно, первое поколение лидеров в этих странах и когорты бюрократов, которые их поддерживали, достигли совершеннолетия в Советском Союзе и, за некоторыми исключениями, были определенно приверженцами советского строя правления.
Мы наладили полноценные отношения с каждой из этих новых стран, но эти новые двусторонние отношения сопровождались скрытым чувством неудовлетворенности, с нашей стороны, иногда даже раздражением. А все из-за того, что они оказались не такими, как мы себе представляли.
Это чувство разочарования переросло в более жесткую политику как при республиканской, так и при демократической президентских администрациях в Вашингтоне, особенно при президентах Джордже Буше и Бараке Обаме. Под сильным влиянием неправительственных организаций, занимающихся правами человека, внешняя политика США в Каспийском регионе превратилась в политику критики.
Однако интересно отметить, что даже если это скрытое недовольство было отличительной чертой нашей общей внешней политики, наши министерства обороны и торговли для достижения своих конкретных целей - защиты Родины от воинствующих террористов и помощи американским компаниям расширяться в новые рынки - имели тенденцию быть более прагматичными.
Исторический сдвиг последних 30 лет заключается в том, что Китай стал ведущим игроком на мировой арене и почти восемь лет реализует свою глобальную инициативу "Один пояс, один путь", которая проходит прямо через Центральную Азию и Южный Кавказ в направлении Европы.
В Москве с первых дней своего первого президентского срока президент России Владимир Путин объявил бывшие республики Советского Союза "особой сферой влияния" России. Страны Кавказского региона очень остро осознают, что эти две мировые державы примыкают к их границам. Каждое из этих молодых государств, каждое по-своему, проводит внешнюю политику, которую Казахстан сначала определил как "многовекторную", то есть они стремятся сбалансировать свои отношения с Китаем, Россией и Западом. Да, они в разумной степени "с нами", но они также должны оглядываться на своих могущественных ближайших соседей. Они стараются поддерживать личный баланс.
Стратегия национальной безопасности США долгое время выступала в качестве альтернативы России и Китаю в регионе, но эти времена давно прошли. Формирующаяся внешняя политика администрации Байдена состоит в том, чтобы твердо противостоять Пекину и Москве, даже работая над поиском путей построения более продуктивных - или, по крайней мере, неразрушающих-отношений с ними. А с учетом того, что Соединенные Штаты и НАТО через два десятилетия твердо решили вывести свои вооруженные силы из Афганистана, было бы тем более разумным усилить наше присутствие в регионе Большого Каспия. Азербайджан и Казахстан - две страны в регионе, по одной с каждой стороны Каспийского моря, особенно хорошо подходят для того, чтобы стать опорой внешней политики США.
Азербайджан
В конце 19-го и начале 20-го веков столица Азербайджана Баку превратилась в "Париж Южного Кавказа" во многом благодаря инвестициям семей Ротшильдов и Нобелей в развивающийся нефтяной рынок, и многие великолепные здания и особняки того периода сохранились до сих пор. Но этот момент сверкающего блеска резко оборвался введением Советской империи. В конце 20-го века Азербайджан вновь стал чуть больше, чем малоизвестное захолустье на мировой арене.
После обретения независимости руководство Азербайджана пригласило западные газовые и нефтяные компании для разведки и разработки углеводородных месторождений в своей части Каспийского моря. К концу 1990-х годов Соединенные Штаты возглавили международные усилия по строительству нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан для доставки сначала нефти, а затем природного газа непосредственно в Европу, впервые обойдя российскую инфраструктуру и значительно укрепив независимость Азербайджана. Благодаря этому стабильному источнику международного дохода Азербайджан становится все более интернационализированной страной со средним уровнем дохода.
Более того, хотя это совсем не широко известно, Азербайджан стал постоянным партнером США и НАТО, позволив своей территории служить транзитным пунктом снабжения войск в Афганистане, особенно после того, как Москва остановила Северную распределительную сеть, по которой поставки шли непосредственно из Северной Европы через Россию и Центральную Азию в Афганистан. Перенаправленный поток через Азербайджан включал в себя оружие и значительную часть авиатоплива, необходимого для войны в Афганистане.
Несмотря на эту историю тесных и прагматичных отношений, Баку пришлось нелегко с Вашингтоном, отчасти из-за сильного влияния армянской диаспоры. В результате войны в конце 2020 года пришел конец оккупации Арменией значительной части суверенной территории Азербайджана - Карабаха и семи прилегающих районов. Баку вернул себе львиную долю земель, прежде чем Москва решительно вмешалась и объявила о прекращении конфликта, что привело к размещению российских войск в качестве "миротворцев" в районах Азербайджана, которые Армения держала под оккупацией в течение почти трех десятилетий.
Баку публично принял это, скрипя зубами, все время сигнализируя всеми возможными дипломатическими способами о том, что хочет более прочных отношений с Вашингтоном. Еще до этого геополитического землетрясения правительство Азербайджана усердно работало, чтобы заменить руководство старой гвардии, оставшееся от советской эпохи, новым поколением внешне ориентированной, интернационализированной молодежью. Дверь распахнута настежь, на случай, если мы вдруг решим войти.
Казахстан
На восточном берегу Каспийского моря Казахстан стабильно превращается в ведущую страну Центральной Азии, во многом благодаря фундаментальным решениям, которые принял первый президент Нур-Султан Назарбаев сразу после обретения независимости. Три из них были особенно важными.
Его правительство в самом начале провело фундаментальные экономические и банковские реформы, решительно порвав с советской моделью, так что экономика и финансовые институты Казахстана сейчас находятся в одном ряду с центральноевропейскими, а страна занимает высокие места в Индексе экономической свободы, как и Азербайджан.
Кроме того, после обретения независимости Назарбаев пообещал, что Казахстан откажется от своего ядерного арсенала советской эпохи и станет лидером международного движения о нераспространении ядерного оружия, отчасти потому, что регион вокруг Семипалатинска на северо-западе Казахстана был сильно поврежден советскими наземными ядерными испытаниями. Тесно сотрудничая с Соединенными Штатами, Казахстан сдержал свое первоначальное обещание о нераспространении ядерного оружия и предотвратил попадание в руки террористов плутония и высокообогащенного урана, унаследованных им от советского периода.
Возможно, наиболее важно то, что еще до того, как Казахстан начал становиться богатой страной благодаря газу и нефти, Назарбаев сказал, что для успеха Казахстана как независимого государства ему потребуется новое поколение, которое решительно порвет со своим советским прошлым и будет думать и играть на мировой арене по-новому.
С этой целью он учредил программу "Болашак" ("болашак" в переводе с казахского языка означает "будущее"), в рамках которой отправил большое количество своей молодежи за границу, особенно в США и Европу, а также в Сингапур для получения полного высшего образования и даже ученой степени. Сегодня в программа "Болашак" насчитывается более 10 000 выпускников. В Казахстане можно зайти практически любой государственное или частное учреждение и найти там тех, кто занимает высокие посты, говорит на иностранных языках -довольно часто на английском - и имеет международные перспективы.
Возможность для внешней политики США
Сложилось мнение, что США потеряли интерес к Каспийскому региону. На самом деле это не так. У нас есть полноценные посольства в каждой из восьми стран, с которыми мы налаживаем политические и экономические отношения, оказываем военную помощь и гуманитарную поддержку, а также организовываем образовательный и деловой обмен. Но в целом мы сдерживали дипломатические отношения, поскольку Пекин и Москва боролись за влияние в регионе, а Тегеран сблизился с Пекином, что, несомненно, будет иметь отклик в Каспийском регионе.
Но, в целом, мы держим наши дипломатические головы опущенными, поскольку Пекин и Москва боролись за влияние в регионе, а Тегеран сблизился с Пекином, что, несомненно, будет иметь отголоски в Каспийском регионе. Нам нужно правильно выстроить дипломатию. Холодная война давно закончилась. Мы больше не можем требовать, чтобы наши партнеры были такими же, как мы. Конечно, мы можем и должны выступать за права человека и против коррупции. Но лучший способ сделать это - и он всегда было лучшим, несмотря на наш прошлый опыт - обсудить все тихо, за закрытыми дипломатическими дверями. Практика публичного порицания и позора не работает. Так мы добиваемся успеха в этой важной сфере международных отношений - в условиях уважительного и доверительного партнерства.
Нам нужно еще выше поднять свой флаг в Каспийском регионе. Конечно, в каждом американском посольстве есть активные секции публичной дипломатии, которые занимаются образовательными и культурными связями, а также налаживают связи со СМИ. Однако ежедневные публикации в Twitter, Facebook и Instagram, какими бы умными они ни были, не могут заменить фундаментальную важность личного взаимодействия.
Возможно, самый лучший способ поднять наш флаг выше - это визиты на высоком уровне, которые ясно дают понять, что мы определенно находимся в игре. Ни один президент США никогда не посещал ни одну страну Каспийского региона. Самым явным сигналом наших повышенных интересов в регионе стал бы трехсторонний саммит: Вашингтон, Баку, Нур-Султан. Но разовое событие, подобное этому, выглядело бы чуть больше мероприятия, организованного ради галочки.
Регулярные визиты членов Кабинета министров в Баку и Нур-Султан также были бы важны (и тепло приветствовались) для укрепления нашей внешней политики в регионе. В эти визиты должны входить, по крайней мере, государственный секретарь США, а также секретари министерства обороны, энергетики и торговли. Как ни странно, в американской дипломатии давно укоренилось представление, что гость должен приезжать с подарками. Но на самом деле лучший подарок - это очень заметное присутствие высокопоставленного американского чиновника. Это как ничто другое является четким сигналом для Москвы и Пекина, а также для Тегерана.
Администрация Байдена во многих отношениях становится новым американским правительством. Каспийский регион застыл в ожидании. Начать Вашингтону можно со стран, находящихся по обе стороны Каспийского моря: Азербайджана и Казахстана. Это дало бы понять лидерам и жителям региона, что Соединенные Штаты понимают, что суверенные и независимые государства на южном краю бывшего Советского Союза - это не просто игровая площадка Москвы, Пекина и Тегерана. Они стратегически важны для мира во всем мире.
