Протесты в Иране

Протесты в Иране, вспыхнувшие в конце 2025 года, стали одним из самых масштабных проявлений народного недовольства за последние годы. Начавшись как реакция на экономический коллапс, они быстро переросли в политическое движение, охватившее более 220 городов в 26 провинциях. Демонстранты, включая студентов, пенсионеров и представителей поколения Z, требуют не только экономических реформ, но и фундаментальных изменений в системе власти. По данным правозащитных организаций, к январю 2026 года погибли десятки человек, а арестованы тысячи. Эти события происходят на фоне ослабления режима из-за санкций, войны с Израилем и потери союзников.

Причины вспыхнувших протестов

Корни нынешних протестов уходят в глубокий экономический кризис. В декабре 2025 года иранский риал обвалился до рекордно низких значений по отношению к доллару, спровоцировав гиперинфляцию. Цены на базовые товары, такие как яйца, масло и мясо, взлетели, оставив миллионы иранцев в нищете. Санкции, наложенные международным сообществом, ограничили доступ к глобальным рынкам и заморозили активы, усугубив ситуацию. Недавняя 12-дневная война с Израилем и США, приведшая к бомбардировкам ядерных объектов, еще больше подорвала экономику.

Протесты стартовали 28 декабря 2025 года в Тегеране на Гранд Базаре, где торговцы закрыли магазины в знак протеста против обвала валюты. К Новому году волна распространилась на 17 провинций, включая Тегеран, Исфахан, Мешхед и Керман. Демонстранты скандируют лозунги "Женщина, жизнь, свобода" – эхо протестов 2022 года после смерти Махсы Амини – и "Смерть диктатору", намекая на верховного лидера Али Хаменеи. Многие призывают к возвращению Reza Pahlavi, сына последнего шаха, видя в монархическом прошлом альтернативу текущему режиму.

Развитие событий и репрессии

К январю 2026 года протесты усилились. В Тегеране силы безопасности применили слезоточивый газ в метро и на базарах, вызвав хаос среди демонстрантов и прохожих. В провинциях Илам, Фарс, Керманшах и Чахармахал и Бахтиари зафиксированы столкновения, где полиция открывала огонь по толпе. Правозащитники сообщают о 24–40 погибших, включая молодых людей вроде 21-летнего Ахмада Джалила и 28-летнего Саджада Валаманеша в Лордегане. Арестованы не менее 2078 человек.

Власти пытаются подавить волнения: введены интернет-ограничения в горячих точках, таких как Лордеган и Малекшахи, чтобы помешать координации. В Иламе силовики штурмовали больницу Имама Хомейни, арестовывая раненых протестующих, что Amnesty International назвала нарушением международного права. Правительство одобрило бюджетные реформы, включая субсидии на 8,8 млрд долларов для базовых товаров и повышение зарплат до 43%, но демонстранты отвергают эти меры как недостаточные.

Протесты распространились на менее населенные районы, где контроль властей слабее. Участники – от торговцев до студентов – выражают усталость от коррупции и репрессий. Режим обвиняет в подстрекательстве США и Израиль, а верховный судья Голамхоссейн Мохсени-Эджеи предупредил о суровых мерах против "бунтовщиков".

Международная реакция и перспективы

Протесты привлекли внимание мира. Президент США Дональд Трамп пригрозил вмешательством, если Иран продолжит убивать мирных демонстрантов, заявив, что Америка "загружена и готова". Премьер Израиля Биньямин Нетаньяху поддержал иранцев, отметив возможный поворот в их судьбе. Иранские власти в ответ усилили антизападную риторику, обвиняя внешних врагов в разжигании беспорядков.

Диаспора иранцев в Сан-Франциско, Берлине и других городах проводит акции солидарности. Шиитские милиции из Ирака, по данным СМИ, направлены в Иран для помощи в подавлении. Эксперты отмечают уязвимость режима: экономика в руинах, Хаменеи в преклонном возрасте, а протесты набирают силу.

Протесты 2025–2026 годов могут стать поворотным моментом для Ирана, где экономические тяготы переплетаются с жаждой свободы. Пока власти держатся за власть, но растущее недовольство угрожает стабильности теократического строя.