Так часто антиглобалисты ругали нынешнее мироустройство, в особенности сферу производства и сбыта товаров, что, кажется, добились своего, расшатали (или сглазили) саму основу баланса сил. Во всяком случае сотрудники британской аудиторско-консалтинговой компании Ernst & Young, проведя исследование среди предпринимателей по всему миру, пришли к выводу, что наступил закат эпохи глобализации в мировой экономике. Об этом, в свою очередь, сообщили аналитики немецкой газеты Die Welt. Основанием же для столь серьезных выводов служит наблюдающееся в мире изменение (на грани заморозки) схем поставок товаров. Бизнесмены в новой для себя реальности уже ищут других партнеров с учетом сложившейся ситуации. В качестве примера эксперты Ernst & Young сослались на ситуацию вокруг медицинских масок. Из-за перебоев в поставках из Китая простейшего средства медицинской защиты правительства стран, наиболее подверженных заражению COVID-19, вынуждены оперативно принимать меры для обеспечения населения этими же средствами, но уже собственного производства.
Возможно, эксперты Ernst & Young поторопились с выводами, и пример с медицинскими масками не совсем удачен, чтобы примеривать и натягивать его на столь масштабное понятие, как глобализация. Но при этом нельзя отрицать, что коронавирус, вернее меры по борьбе с ним, приводят к совершенно неожиданным результатам. Мировая экономика меняется. Сказать, в какую сторону, пока сложно, однако сами изменения очевидны, и о них хотелось бы поговорить.
Главными общепринятыми признаками глобализации являются экспансия технологий, регионализация, развитие логистической инфраструктуры и, конечно же, международное разделение труда. Это известные факты, и о каждом из них написано множество научных трудов, а СМИ посвятили им целые трудночитабельные оды. В простом понимании все выглядит следующим образом: в условиях острой конкуренции развитые страны мира, а зачастую транснациональные компании, ведут борьбу за новые рынки сбыта своей продукции, доступ к дешевым источникам сырья и таким же дешевым трудовым ресурсам. Эти чисто экономические мотивы и формировали политику ведущих держав мира в последние несколько десятилетий. Иначе говоря, сильные пожирали слабых, но делали это с улыбкой и любовью, убеждая последних, что очередное, скажем, неэкологичное или требующее большого количества дешевой рабочей силы производство на территории более слабой страны служит ее же национальным интересам. Как бы там ни было, но хозяйственное и политическое развитие отдельных государств взаимоинтегрировалось, а их экономические системы все больше дополняли друг друга.
Однако в последние три-четыре года взаимоотношения, если можно так выразиться, оголились, а маски были сброшены. Глобальный кризис 2008-2009 годов нанес ощутимый удар именно по тесно интегрированным экономикам, когда банкротство крупнейших банков в одном регионе приводило к банкротствам таких же финансовых учреждений в другом конце света. Как результат - страдали бизнесмены, которые у этих банков либо уже заняли деньги, либо собирались это сделать. Стали закрываться предприятия, росла безработица. Хотя это тоже довольно известные факты. Но важно то, что именно тогда мир и начал меняться, а глобализация как таковая получила первый ощутимый удар. А дальше лишь по нарастающей, поскольку пущенные в оборот правительствами «дешевые» миллиарды, нацеленные якобы на решение проблем, перевели накопленные в экономике проблемы в скрытую форму. Финансовые микстуры, денежные болеутоляющие и жаропонижающие сыграли свою роль, локализовали и замаскировали наиболее проблемные моменты в экономике, но они не устранили очаг болезни. Все понимали, что без кардинальных перемен в мировом экономическом устройстве следующий кризис не за горами. В итоге мир получил торговые войны, кроме того, возникли сомнения в эффективности и беспристрастности таких столпов мировой экономики, как Всемирная торговая организация и даже Организация объединенных наций. А нынешний коронавирус COVID-19 при в общем-то не очень высоком проценте смертности по сравнению с предыдущими эпидемиями заразных вирусов сыграл лишь роль катализатора, ввергнув мировую экономику в рецессию. Но опять же даже сегодня все прекрасно понимают, что мир вошел в стадию очередного кризиса, который своими последствиями будет похлеще предыдущего. Так, число рабочих мест, которых лишится экономика США из-за кризиса, по данным Национальной ассоциации бизнес-экономики (NABE) этой страны, превысит 4,5 миллиона. Рецессия в ЕС начнется в течение двух недель, утверждает председатель Еврогруппы (Совета министров финансов зоны евро) Мариу Сентену. А цены производителей в Китае в марте уже снизились максимально за пять месяцев, при этом дефляция ускорилась и, вероятно, продолжит углубляться в ближайшие месяцы. У кого-нибудь еще остаются сомнения в том, что мировую экономику серьезно лихорадит?
До сих пор считалось, что экономическая интеграция - более высокая ступень развития мирового хозяйства. Однако COVID-19 внес свои коррективы, которые очевидны на примере европейского автопрома. Как только Китай закрылся на карантин, сразу стали "похрамывать" такие индустриальные гиганты, как Volkswagen и Daimler, получавшие из Поднебесной ряд ключевых деталей к автомобилям. По той же причине дефицита автокомпонентов в марте этого года Nissan приостановил производство автомобилей на заводе в Санкт-Петербурге. А ведь Nissan не просто пришел в Россию. Исходя из законов глобализации, целью было удовлетворение местного потребительского рынка автомобилями высокого качества и по конкурентным ценам, а также экономия на их доставке до потребителя. А что мы видим сегодня? Вместо того, чтобы радовать автолюбителей своими роскошными высокотехнологичными и надежными автомобилями, некоторые европейские автопроизводители осваивают выпуск средств медицинской защиты. Так, германский автогигант BMW собирается начать собственное производство респираторных масок в связи с распространением коронавируса (газета Die Welt).
Итальянская компания Automobili Lamborghini переоборудует несколько цехов на своем заводе под Болоньей (северная область Эмилия-Романья) под производство хирургических масок для местной больницы (заявление самого автопроизводителя). А французские Renault и Groupe PSA (Peugeot Societe Anonyme) приступают к разработке и выпуску аппаратов искусственной вентиляции легких (радиостанция France Info). И завершая это небольшое отступление в сторону автопрома, скажем также, что в Германии открыто называют причиной неудач собственной автомобильной индустрии чрезмерную ориентацию на экспорт, а не на внутренний рынок. И COVID-19 здесь не при чем. Причина глубже. Первый ее ярус формируют разразившиеся в прошлом году торговые войны, а еще глубже - все также вытекающее из основ глобализации стремление к выпуску экспортоориентированной продукции.
Что нового в ближайшие годы мы увидим с точки зрения трансформации мировой экономики?
Прежде всего следует помнить, что стремление сильных государств пожирать слабых в мире сохранится. От этой политики никто не станет отказываться добровольно, несмотря ни на какие вирусы. Следовательно, глобализация как таковая сохранится. Возможно, в мировой практике появятся более изящные методики управления ею, которые все также, но уже более умело, станут скрывать факт концентрации богатства и власти в руках небольшой группы лиц и компаний, нередко в ущерб подавляющему большинству остального населения планеты.
Кооперация как таковая тоже продолжится, но теперь сильные страны станут более умно перетягивать на себя одеяло и привлекать ресурсы. Вот простой пример. Южная китайская провинция Хайнань, где реализуется проект строительства пилотной зоны свободной торговли, предлагает свыше 30 000 позиций для работы на острове иностранным высококвалифицированным кадрам. Кадры нужны для работы и в индустриальных парках, играющих огромную роль в продвижении этого проекта. А сам проект был запущен еще в 2018 году и нацелен на глобализацию экономики острова и повышение привлекательности этой китайской провинции для иностранных инвесторов. Ожидается, что к 2050 году Хайнань превратится в уникальный международный кластер с передовой экономической системой, в составе которого будут зона свободной торговли, кампусы лучших университетов, самые современные научные лаборатории и штаб-квартиры мировых корпораций. Думаете, туда не поедут ученые со всего мира, зарубежные инвесторы не пожелают вложить в этот проект средства, а производимая там продукция останется только лишь в Китае и не будет распределена по всему миру?..
Глобализация на примере этого проекта развернется вовсю, только приобретает она уже иные формы. Теперь с развитием высоких технологий для покорения мира вовсе необязательно отправляться осваивать этот мир. Новые тренды диктуют иные подходы к привлечению инвестиций, интеллектуальным кадрам и рабочей силе. Теперь во главе угла не просто национальные интересы, а национальные интересы, обрамленные рамками глобализации.
Что в этих условиях следует предпринять Азербайджану?
Важно отметить, что все сделанное до сих пор в плане экономики было актуально. Речь идет о крупнейших инфраструктурных проектах, которые как раз и вытекали из условий мировой глобализации. Здесь и построенные в последние десятилетия нефте- и газопроводы, реконструкция аэропортов и морских портов, транснациональные проекты по прокладке железных дорог и т.д. Это тот минимум, который нужен был нашей стране для привлечения зарубежных инвестиций. Однако если в последние годы упор в Азербайджане делался больше на экспортоориентированную продукцию с целью привлечения в страну валюты, то теперь большее внимание желательно уделить удовлетворению потребностей именно внутреннего рынка и выпуску импортозамещающей продукции. Если своих средств для строительства крупных производственных (и обязательно высокотехнологичных) предприятий не хватит, следовательно, надо их привлекать из-за рубежа, но уже проводя более агресивную политику в этой сфере. Инвесторов нужно не просто пассивно созывать в страну, а на деле доказывать им, что вложение денег в Азербайджан - единственно правильное решение. А для этого следует усилить борьбу с теневой экономикой, параллельно создавая межотраслевую и укрепляя внутриотраслевую кооперацию. Чтобы было понятно, сошлемся на российский пример, где компании "Швабе", "Алмаз-Антей" и КРЭТ подписали соглашение о создании консорциума разработчиков и производителей медицинской техники. То есть для защиты собственного рынка крупнейшие российские разработчики и производители медтехники объединились в консорциум. Вот такие инициативы по кооперации следует применять и в нашей стране, причем не для решения вопросов, связанных с борьбой с коронавирусом, который рано или поздно пойдет на спад. Азербайджану это нужно для создания основ совершенно иной, более прочной экономики, адаптированной к новым реалиям глобализации.
Рауф Насиров
