Азербайджан делает уверенный шаг в сторону будущего: новый проект госбюджета опирается уже не на нефть, а на живую экономику. Финансовая архитектура заметно меняется, и структура расходов народного кошелька становится устойчивее.
В проекте госбюджета на следующий год ненефтегазовый сектор становится главной опорой. Более 88% текущих расходов планируется покрыть именно за его счет - это на 7.1% больше, чем в нынешнем году. Тенденцию подтверждают и данные председателя Центробанка Талеха Кязымова. По словам главного банкира страны, именно ненефтегазовые отрасли в этом году стали ключевым двигателем экономики: за 10 месяцев приоритетный сектор вырос на 3.1% и продолжает укреплять свои позиции, пишет газета "Каспий".
Люди и бизнес
Там, где еще вчера была нефть, сегодня работают люди и бизнес. Ускорение в хозяйственной жизни страны обеспечили прежде всего связь, туризм и строительство. Центральный банк воспринимает перспективы с умеренным оптимизмом: к концу истекающего года ВВП, по его прогнозу, вырастет на 2.2%, а под занавес 2026-го - на 2%. Ненефтегазовой сектор покажет более уверенную динамику - 3.7% в этом году и 4.4% - в следующем.
Октябрьский прогноз Международного валютного фонда задает общий фон статистике: мировой рост в этом году оценивается в 3.2%, а в следующем превысит 3%. Глобальная инфляция тоже постепенно спадает. У наших торговых партнеров, уточняет Талех Кязымов, годовая инфляция в сентябре снизилась до 8.2% против 11% под занавес прошлого года. Индекс доллара за десять месяцев понизился еще на восемь пунктов, играя на укрепление региональных показателей.
Финансисты отмечают важность глобальных тенденций. Мировая экономика ускоряется, и ее уверенный, пусть и не стремительный, рост создает благоприятный фон. Замедление инфляции у ключевых партнеров снижает давление на импорт, помогает удерживать цены внутри страны и делает экономическую среду более предсказуемой. Ослабление доллара тоже подыгрывает региональным валютам, создавая более мягкие условия для расчетов и внешней торговли. В итоге внешняя конъюнктура сглаживает риски. Бюджет становится устойчивее, прогнозы - реалистичнее, а политика поддержки несырьевых отраслей дает заметный эффект.
Бюджет другого типа
Поток ненефтегазовых доходов в бюджете нового года становится все более разветвленным. Основную часть поступлений казны сформируют налоги и таможенные сборы. К ним добавляются заработок госорганизаций, дивиденды и другие платежи. На этом фоне нефтегазовые доходы по-прежнему остаются значимыми, но уже не определяют бюджет, ведь заметная доля средств поступает от компаний и сфер, не связанных с добычей сырья.
"По мере того как несырьевые отрасли укрепляют свои позиции, государство начинает осторожно снижать зависимость бюджета от перечислений из Государственного нефтяного фонда, - замечает экономист Халид Керимли. - И это полностью вписывается в общую стратегию сохранения резервов с постепенным переходом к более устойчивой модели финансирования. Национальная экономика ожидаемо меняется, и бюджет все отчетливее опирается на собственные неуглеводородные источники роста".
Но позиции ненефтегазового сектора во внешней торговле пока еще довольно скромны. Особенно это заметно на фоне снижения добычи и более низких цен на нефть. Когда сырьевые доходы уменьшаются, это влияет на внешнеторговый баланс. Общий экспорт сокращается, а ненефтяной сектор, который мог бы стать подушкой безопасности, пока еще слишком мал. Сейчас это лишь тонкий слой поверх сырьевой базы, и его доля в экспорте не позволяет говорить о весомом влиянии на общую динамику. Любое колебание цен на нефть сразу отражается на экономике, потому что альтернативных экспортных товаров пока немного. Рост импорта усиливает давление. Основной вклад в него вносят не потребительские покупки, а госзакупки, включая инфраструктурные проекты, инвестиции, расходы, связанные с безопасностью.
В начале года их объем был более умеренным, но в целом именно они формируют значительную часть импортных потоков. На этом фоне положительное сальдо внешней торговли выглядит скромнее, чем год назад, что объясняется как снижением экспорта нефтегазовой продукции, так и ростом импорта.
Давно назревший разворот
Если раньше нефтегазовый сектор обеспечивал стабильный профицит, а экспорт уверенно превышал импорт, теперь одновременно действует три фактора. К ним Халид Керимли причисляет снижение добычи, волатильность мировых цен и рост закупок для государственных нужд. В таких условиях торговый баланс естественным образом смещается в сторону сокращения активного сальдо. Предотвратить дальнейшее сужение можно, считает он. Для этого необходимо расширять внутреннее производство и продолжить реформы на укрепление ненефтяного сектора. Иначе экономика будет чувствительной к внешним колебаниям. Диверсификация способна превратить внешнюю торговлю в устойчивый механизм, независимый от сырьевой конъюнктуры и способный поддерживать развитие даже в периоды неблагоприятных ценовых циклов.
Перемены в ненефтяных отраслях уже дают очевидные результаты. А главным ориентиром выступает не только рост внутреннего производства, но и то, насколько эти отрасли выходят на внешние рынки. За последние два десятилетия ненефтяной экспорт вырос с нескольких сот миллионов долларов до миллиардов, превращаясь из скромной добавки к сырьевым доходам в самостоятельный триггер экономики.
