Наш сегодняшний собеседник наверняка вам знаком. В 2012 году Фирдовси Умудов стал первым и единственным на данный момент азербайджанцем, удостоенным звания лучшего тренера в мире.
Главный тренер сборной по вольной борьбе, замначальника Олимпийского спортивного центра «Sərhədçi» Умудов с начала года стал одним из вице-президентов Федерации борьбы Азербайджана.
В интервью Oxu.Az он поделился интересными событиями из своей личной жизни.
- Давайте совершим экскурс в прошлое. Мы знаем, что в детстве вы были драчливым...
– Нас было двое – брат и сестра. Мать следила, чтобы мы хорошо учились. Но не стоит забывать, что я вырос в Газахе. Наш двор называли «Чайгырагы», он был немного криминальным (смеется). Мы любили подраться. Отец говорил, чтобы я не плакался ему, когда меня избивали. Я вижу, что нынешние дети стали немного спокойнее. Но мы росли другими. Однако я не пропускал занятия.
– Прилежная учеба и драчливость не совсем сочетаются. Как у вас получалось?
– В средней школе я был отличником. Это могут подтвердить и мои преподаватели, и одноклассники. Все 11 школьных лет моя фотография висела на доске почета. Я не расставался с книгами. В 13-14 лет под руководством Рамиза Тагиева и Сахиба Намазова начал заниматься борьбой. До этого играл в футбол, был вратарем младших возрастных групп команды «Геязан». Выступал также за школьную команду.
– Вы бросили футбол, но продолжили занятия борьбой. Почему?
– Вы знаете, что Газах один из самых развитых регионов Азербайджана в плане борьбы. Люди вокруг меня больше интересовались борьбой, чем футболом. К тому же я был драчливым, сорвиголовой и хотел знать борцовские приемы. Борьба - это вид спорта, предназначенный в том числе и для самообороны. Правда, дома были против того, чтобы я профессионально занимался борьбой. Хотели, чтобы я получил высшее образование, продолжил учиться.
– Ваша драчливость и отчаянность в детстве оставили какой-либо след в вашей памяти?
– В память о том времени мне остался сломанный нос (смеется). Я хотел ухватиться за трубу, но не сумел удержать ее в прыжке, упал лицом оземь и сломал нос. Мать говорила, что я не плакал, несмотря на сильную боль. Руку я тоже сломал в детской драке. На лбу у меня шрам. Все это - воспоминания из детства. Как видно, от драк никакого толку не было.
- Кстати, борцы часто ломают уши. Одно из наиболее распространенных последствий занятий борьбой среди мальчиков – короткая шея, а другое – сломанные уши...
– В 13-14 лет мы думали о том, чтобы проявить мужество на войне, защитить свои земли. О красоте никто не думал. У мужчины должна быть мужская внешность и мужской характер. Можно и уши сломать. Все требует жертв. Борьба – мужской вид спорта. Может, если бы в нашем районе был более популярным другой вид спорта, я бы выбрал его. У моего отца был журнал о борьбе с фотографиями известных советских борцов. В Газахе о борьбе много говорили, дома тоже были разговоры об этом виде спорта.
Мой отец наряду с борьбой, интересовался боксом, просматривая бои Мухаммеда Али. От семьи много чего зависит. Мое имя тоже связано с борьбой. Отец назвал меня так в честь своего друга Фирдовси Омарова. В 1992 году я стал победителем международного турнира в память о национальном герое Нофеле Гулиеве в бывшем Али-Байрамлы (нынешний Ширван). Этот друг моего отца присутствовал на церемонии взвешивания. Так вышло, что затем я под его руководством тренировался в Сумгайыте. С 1993 по 2004 год я был членом сборной.
– Как вы говорили, родители не хотели, чтобы вы профессионально занимались борьбой. Как в конце концов они согласились?
– Моему отцу не было известно об этом. Он все узнал, только когда отправился на районное первенство. Поговорил со мной и сказал, что пути назад не будет. Либо борьба, либо учеба. За 2-3 года я стал чемпионом страны среди юниоров и попал в сборную. Хотя в то время мы тренировались в трудных условиях. Возле нашего тренировочного зала падали снаряды. Я все это пережил, и теперь всегда сравниваю нынешние условия с теми.
Надо пользоваться сегодняшней стабильностью. В начале 90-х страна была ввергнута в хаос, поэтому мы не смогли отправиться на чемпионат мира в Германии. Если бы мы приняли участие, может быть несколько наших юниоров стали бы чемпионами мира. Но в июле-августе 1993 года я поехал на молодежный чемпионат Европы. На чемпионате Европы 1995 года у нас были две награды. Рагим Намазов взял серебро, а я - бронзу. Мы оба представляли газахскую школу борьбы.
Мы в то время думали не о деньгах и наградах, а о флаге. Нынешние члены сборной не видели тех трудностей, царившего в стране хаоса. На первенстве Европы 1993 года об Азербайджане не знали. Если сейчас мы мало что знаем об африканских странах, то в то время такое же отношение было к нам. Сейчас, слава Богу, нас все знают.
Благодаря успешной политике главы государства наша страна известна во всем мире. Спорту оказывается большая поддержка на государственном уровне. Поэтому я горжусь своей страной.
– А почему вы выбрали именно вольную борьбу? Это связано с большей популярностью вольной борьбы в вашем регионе?
– У нас занимались и греко-римской борьбой. Как я уже говорил, все зависит от окружения. Отец в свое время тоже занимался вольной борьбой, правда, непрофессионально, но завоевывал медали и дипломы. Но вы правильно отметили, что в нашем районе из всех видов спорта наиболее развита была вольная борьба.
– Насколько нам известно, вы попадали в автомобильную аварию. Как это произошло?
– Это произошло, когда мы ехали с друзьями в район. Многие, в том числе мои домашние, об этом не знали. Маме, когда она звонила, мы сказали, что все нормально. Такое может приключиться с каждым. Для меня было очень нежелательно попасть в аварию в 22-23 года, ведь это лучшие годы для борца. Целую неделю я проходил со сломанной рукой, сломанное ребро повредило легкое. Боли были невыносимые.
После аварии я осознал, кто мне друг, а кто - враг. Я увидел друзей, которые покинули меня на операционном столе. Хотя эти люди назывались моими друзьями. Открыв глаза, я спросил, где мои друзья, и мне сказали, что они ушли. Тогда я рядом увидел лишь друга детства Эльсевяра Зейналова. А потом, когда говорю, что вы плохие друзья, им не нравится.
– После этого вы завершили спортивную карьеру?
– Нет, продолжил. C такой рукой через 6-7 месяцев я стал чемпионом страны. Но в крупных турнирах принимать участия не мог. Из-за сильных болей в руке врачи не разрешили мне заниматься борьбой. Меня прооперировали во второй раз. После этого, в 2004 году я завершил карьеру.
– Никто из родителей ваших учеников не был недоволен вами?
– Всем нравиться невозможно. Чаще всего вину видят в тренере. Первым делом вину надо искать в ребенке. Я уделяю внимание дисциплине в сборной. Если дисциплины нет и спортсмен не соблюдает правила, то его нужно ругать, а не хвалить. Когда я был в сборной, отец ни разу меня не хвалил. Говорил, мол, водись с тем, кто плачет, а не с тем, кто смеется. И похвале, и критике - всему свое место. Если сейчас о ком-то плохо написать, все поголовно начнут тебя ругать. Если ты не знаешь людей, почему пишешь комментарии о них?!
Больше всего я ненавижу, когда человек формирует о ком-то негативное мнение по чужим словам. На данный момент Тогрул Аскеров, Гаджи Алиев, Джебраил Гасанов и Шариф Шарифов являются номером один в своих весовых категориях. Хотя в их категориях есть легионеры, они побеждают. Гаджи Алиев не просто так трехкратный чемпион мира. С 2006 года я работаю вместе с этими ребятами, знаю с тех времен, когда тренировал их в юношеском возрасте.
Иногда, не зная о спортсмене, начинают его ругать. Братья Намиг и Ариф Абдуллаевы за несколько дней до Олимпиады 2004 года потеряли отца. Фарид Мансуров за пару дней до Олимпиады 2008 года слег с 40-градусной температурой. Из-за этого он проиграл. Все ополчились против него. Такие вещи оказывают негативное психологическое воздействие на спортсмена. Это и для тренеров плохо.
Мне 41 год, но я выгляжу старше своих лет. Ведь на человека ложится большая нагрузка. Стресс, переживаемый мной во время Олимпиады, я не пожелаю испытать никому. Некоторые тренеры, вместо того чтобы ругать спортсмена, пытаются найти ему оправдание. Критиковать надо в свое время. В сборной не должно быть личных интересов. Незаменимых людей нет. Через несколько лет Фирдовси тоже не будет. Мы должны готовить своих спортсменов как специалистов на свое место.
В Азербайджане есть такие хорошие тренеры, как Фаиг Гараев и Гурбан Гурбанов. Зачем надо привозить иностранцев? Когда в Иране наш флаг раскрыли неправильно, я поправил. Будь на моем месте иностранец, он бы не обратил внимания. Если ты лишен патриотизма и любви к Родине, о результате не может быть речи.
– На чем основываются люди, говорящие о вас плохо?
– Со стороны я выгляжу грубым и самодовольным. Что поделать, таким уж уродился (смеется). Когда я женился, обо мне тоже плохо говорили. Но затем я сумел убедить своих критиков, что на самом деле я не такой человек. Вообще, когда человек идет вперед, твои недруги начинают формировать о тебе плохое мнение. Эти люди были моими знакомыми.
– Можно считать, что вы уже в раю?
– Это в руках Аллаха. Я знаю, почему вы это говорите. Говорят, что отцу трех дочерей место в раю уже уготовано. Все решает Аллах. Пусть каждого оценивают за его поступки. А плохих людей пусть Аллах держит от нас подальше.
– Ранее вы упомянули, что уделяете внимание дисциплине. Вы даже отстранили близкого человека за несоблюдение дисциплины. Кто это был?
– Мой двоюродный брат. Это произошло в 2008 году. Тогда я был главным тренером юниоров. Я сделал так, потому что он опаздывал на тренировки. Сейчас он работает тренером по борьбе в Баку. Это должно быть уроком другим. Там, где есть кумовство, результата не будет. Я выражаю претензии своим помощникам. Если они не понимают, то работать с ними не стоит.
– Наверное из-за такого подхода среди ваших родственников есть обиженные на вас...
– Отец мне звонил из-за этого. Я сказал, что не могу отступить от своих принципов. Если бы я так не сделал, другие ребята, опаздывающие на тренировки, могли бы мне сказать, что я своего родственника не наказываю, а их наказываю. Дисциплина для всех едина. Можно пару раз опоздать по уважительной причине. Но это не должно входить в привычку.
Сабухи МУСАЕВ
ФОТО: Садиг ФАРЗАЛИБЕЙ
www.oxu.az
