Oxu.Az представляет интервью с азербайджанским художником Надиром Шахом, который последние годы живёт в Украине.
В беседе он рассказал о своём творческом пути, поиске и трудностях жизни в военное время.
- Расскажите о своём искусстве.
- Я занимаюсь современным искусством, но дать конкретное название своему направлению не могу. Начинал я как сюрреалист. Мой отец был художником-сюрреалистом, и именно он задал мне это направление. Он заложил основы моего творчества, а дальше я развивался самостоятельно. Я окончил художественное училище имени Азима Азимзаде. Сильное влияние на меня оказал Огтай Садыгзаде. После училища я поступил в спортивную академию. Это тоже отразилось на моём творчестве и становлении.
- А почему вы не стали продолжать художественное образование, а ушли в спорт?
- У меня была сильная тяга к спорту. Я занимался боксом, входил в резервную команду нашей сборной, участвовал в турнирах как в стране, так и за рубежом, занимал призовые места. Но генетическая предрасположенность, заложенная папой, давала о себе знать. Я постоянно находился на двух путях.
Только после армии, в 2009 году (я служил в пограничных войсках), я понял, что мой путь - это путь художника. Ведь всё свободное время я рисовал: делал наброски, создавал плакатные работы, занимался росписью даже в армии.
После службы я стал активнее рисовать, участвовать в выставках, стал членом Союза художников. Выставлялся в YARAT и различных галереях Баку.
- Вы сказали, что выбрали путь художника. Что для вас значит этот путь?
- Я рос под влиянием папы, и даже атмосфера дома располагала к творчеству. У нас было много книг, каталогов художников, коллекций художественных фильмов и музыкальных записей. Больше всего на меня влияла музыка. Я стал меломаном и даже сегодня постоянно слушаю её - от Моцарта до техно.
Музыка всегда подпитывала меня. С детства я включал музыку в случайном порядке и начинал рисовать. Мой талант проявлялся с ранних лет. Я уже тогда знал, что буду художником, знал, что это мой путь, моя судьба.
- А что для вас значит быть художником? Ведь это, наверное, не просто человек, который умеет держать в руках кисть…
- Рисовать могут все, но писать картины - только художники.
Искусство как самобытная, бездонная сфера живёт в каждом из нас. Именно ее раскрытие означает, что ты художник, а не просто человек, который взял карандаш или кисть и начал наносить штрихи и мазки.
Ты думаешь совершенно по-другому. Быть художником - значит быть частичкой чего-то, имеющего божественное значение в нашей жизни. У художника есть собственная концепция, объясняющая, для чего он создаёт свои картины. Он делает это не для того, чтобы его работы украшали чьи-то стены. Он просто не может иначе, и ему всегда чего-то не хватает. Говорю о себе.
Я выставлялся, продавал картины, но чувствовал, что чего-то не хватает. И в этом, наверное, прелесть искусства. Ты думаешь, что уже достиг нужного уровня, превзошёл многих своих современников и даже учителей, но тебе опять чего-то недостаточно. Ты продолжаешь находиться в поиске, и сам этот путь уже порождает новые произведения. И это происходит независимо от того, сколько уже сделано.
- Мне кажется, что у художников есть два направления поиска: техника - то, как и из чего ты создаёшь работу, стремление сделать что-то новое, впервые, - и поиск темы, которую хочешь раскрыть. Она может быть и не новой, но обязательно должна быть твоей, идти изнутри. Как у вас обстоят дела с этими поисками? Знаю, что вы часто используете неоновые краски, а темы ваших работ совершенно разные - от эротики до политики…
- Это и есть поиск. Вы, наверное, посмотрели мои старые и новые работы.
Я начинал с масляной живописи, потом перешёл на акрил, а затем стал использовать флуоресцентные и люминесцентные краски. Последние заряжаются от света и продолжают светиться в темноте в течение определённого времени.
Эти два вида красок я начал использовать в 2012-2013 годах, но тогда не выкладывал такие работы в социальные сети. В то время я писал абстракции. Так постепенно сформировалось направление, которым я занимаюсь сегодня. Я называю его концептуальной современной живописью.
Светящееся искусство (Glow Art) позволяет мне максимально выразить своё внутреннее состояние, переживания. Оно задаёт тон всему: и помещению, в котором появляется работа, и мероприятиям, которые я проводил в Киеве.
- Вы имеете в виду свои арт-перформансы, во время которых рисовали на глазах у зрителей?
- Да, это перформансы, в ходе которых картина создаётся в реальном времени.
- А почему вы решили этим заниматься?
- Всё это зарождалось ещё в Баку, задолго до моего переезда в Киев. Я уже рассказал вам, что много слушал музыку и рисовал под неё.
Просто в детстве я ещё не слышал этого ритма, не чувствовал той энергетики, которая исходила от музыки. Со временем музыка стала давать мне идеи.
Когда я рисовал в своей студии в Баку, то постоянно двигался. Музыка задавала мне темп движения. Я отходил от картины, чтобы посмотреть на работу со стороны. Постепенно эти движения стали напоминать танец.
Конечно, занятия боксом тоже повлияли на это: работа рук, ощущение дистанции… Всё это в синтезе и сформировало меня таким, какой я есть.
- Когда вы начинаете перформанс, вы уже знаете, что будете рисовать? Есть определённая тематика или всё зависит от энергетики людей и атмосферы?
- Тематика определяется изначально. Диджей и музыка выбираются заранее, меня ставят в известность. Тема также зависит от заведения. Я утверждаю наброски и трек-лист диджея. Мне необходимо войти с ним в синхрон и задать нужную атмосферу. Публика должна понять, что это не просто тусовка.
- А у картин, которые вы создаёте во время перформансов, изначально тоже есть концепция?
- Да, конечно. Например, на одном из таких мероприятий в 2022 году картина была посвящена мирозданию и глобальным вопросам: кто мы, откуда пришли и куда движемся…
Картина была выставлена на аукцион, а вырученные от её продажи средства направили на помощь ВСУ, поскольку война к тому времени уже началась.
Все последующие мероприятия также были направлены на поддержку нуждающихся и пострадавших от войны.
- А есть ли у вас artist statement - послание, которое вы хотите передать всеми своими работами?
- Мне не очень хочется отражать реальность в своих работах, но оставаться равнодушным к происходящему невозможно. Например, я написал много картин на тему войны.
Но в моём творчестве меня волнуют фундаментальные вопросы: для чего мы здесь, почему не можем достойно относиться к природе и тем дарам, которые у нас есть, как складываются взаимоотношения между людьми, каким будет наше будущее… Например, есть работа, где я задаюсь вопросом, как искусственный интеллект влияет на нас и нужен ли он нам вообще.
Если коротко, это умение задавать себе вопросы и искать на них ответы. Люди должны задаваться вопросами и искать ответы на них.
Кто-то находит покой в моих работах, кто-то - переживания…
- А вам важно, чтобы вас поняли именно так, как вы этого хотите?
- Для меня это задача - сделать так, чтобы моя мысль была правильно считана.
- Были ли у вас картины, которые галереи отказывались выставлять именно из-за их тематики?
- Да, я получал отказы от галерей в Баку, потому что мои картины не соответствовали их формату. Были и работы на тему ню, которые не допускались к выставкам.
- Как вы оказались в Киеве?
- В 2019 году я женился там и остался жить и творить. Начал участвовать в выставках и проводить арт-перформансы.
- Каково сейчас работать в Киеве?
- Сложно, очень сложно. Участвовать в выставках непросто: часто мне отказывают, потому что я не местный художник.
Обычно выставки посвящены теме войны, а я уже устал от этой темы. Это очень тяжёлая тема, и когда пишешь картину, снова переживаешь всё происходящее. Я устал.
Кроме того, бывают перебои с электричеством и водой, приходится бежать в укрытие, а ведь нужно ещё работать над заказами…
- Вы не думали вернуться в Баку, когда началась война?
- Никто не ожидал войны, тем более такой продолжительной. Человек не хочет видеть плохое, но это случилось.
Первые месяцы мы жили в убежище, было тяжело. Я хочу поблагодарить нашу диаспору в Киеве: её представители делали всё возможное для наших граждан, создавали условия для эвакуации. Но мы с женой решили остаться. И я об этом не жалею, потому что продолжал работать и начал свой проект арт-перформансов.
Уже пятый год мы живём в режиме войны. Все уже привыкли, смирились. И снова хочу отметить нашу диаспору: её представители оказывали гуманитарную поддержку, помогали продуктами. Они также предоставляли площадку для моей картины, посвящённой 44-дневной Отечественной войне.
- А над чем вы работаете сейчас?
- Хочу провести арт-перформанс в Баку. Надеюсь, получится реализовать этот проект.
