Главный редактор газет «Айна» и «Зеркало» Эльчин Шихлы дал интервью.
Oxu.Az со ссылкой на Qafqazinfo, представляет читателям это интервью.
- Вы учредитель и главный редактор газеты с 2001 года. Сталкивалась ли Вы за эти 13 лет с такой сложной ситуацией?
- Сначала я бы хотел отметить, что являюсь учредителем газеты с 1990 года. Тогда было четыре учредителя, то есть я был соучредителем. Просто мы разошлись после 2001 года, и каждый занялся своим делом. На протяжении этих 24-х лет мы попадали в разные ситуации.
Было много трудностей, но хочу отметить, что мы не приостанавливали работу газеты ни на один день. Были форс-мажорные ситуации, вроде снега, бури и т.д., но сознательно мы никогда не останавливали работу. Я всегда относился к газете как к бизнесу. Чтобы высказать свое независимое мнение, газета должна уметь обеспечивать себя. Но если не можешь обеспечивать, то должен сделать свой выбор.
Дело в том, что для того, чтобы оставаться независимым, бизнес должен быть независимым. Доходы должны преобладать над расходами. А сейчас возникла такая ситуация, когда расходов намного больше. И поэтому, человек, занимающийся нормальным бизнесом, должен своевременно приостановить работу, пока полностью не увяз в долгах.
- В последние месяцы ситуация стала еще напряженней?
- Нет, эти процессы продолжаются как минимум последние три-четыре года. У этого вопроса есть объективные и субъективные стороны. К сожалению, в нашем случае, субъективные стороны вопроса преобладают над объективными. Изменения на экономическом ландшафте общего газетного рынка приводят к обеднению рекламного рынка. Реклам можно сказать, почти нет.
Идет концентрация, в результате усиливается монополия. А там где нет конкуренции, конечно же, реклама не нужна. Человеку кажется, что он сильней всех и эта тенденция больше всего наблюдается в Азербайджане. То есть с точки зрения рекламы, я не нуждаюсь в рекламе.
- Вы и сами отметили, что рекламный рынок в азербайджанской прессе развит не настолько сильно. Пока есть медиа, их жизнь не зависит от рекламы. Насколько правильно связывать эту ситуацию только с рекламой?
- Вы ответили на вопрос сами. У прессы есть два источника дохода: продажа и реклама. Я имею в виду печатную прессу. В настоящее время нет ни продажи, ни рекламы. Мы знаем, проблемы связаны не только с рекламой, но и с продажей. Это обсуждается уже на протяжении долгих лет. Запрещена индивидуальная продажа газет на улицах, в том числе и в метро. Компания «Qasid», занимающаяся распространением, также разваливается, существуют другие киоски, но нет компаний. Они не могут занять место тех запрещенных мест продажи. Эти киоски не заинтересованы в продаже газет.
- А как же проблема с читателями?
- Если вход на интернет сайты был бы платным, я был бы счастлив. Так как посещений на интернет-сайтах больше в четыре-пять раз, чем изданий.
- Поддерживает ли Вас Совет Прессы на этой стадии?
- На самом деле, этот вопрос не входит в функции Совета Прессы. Я просто член Совета Прессы как учредитель газеты. Обычно я никогда не просил у кого-то помощи. Очевидно, они думали, что у меня все хорошо, раз я не к ним не обращаюсь. Но спустя некоторое время, появились трудности и они поинтересовались.
- Чем они поинтересовались?
- Обсуждения все еще продолжаются.
- Есть ли надежда?
- Надежда есть всегда. Конечно же, мне трудно в определенном значении. Мне очень трудно, но я стараюсь не терять своего оптимизма.
- Г-н Эльчин, Вы отметили в одном из своих интервью, что попадание газеты в такую сложную ситуацию, не связано с арестом Рауфа Миркадырова. Но давайте поговорим открыто, мы узнали о таких проблемах в газете после его ареста…
- Я снова повторяю, что этот вопрос никак не связан с арестом Рауфа Миркадырова, так как я хотел пойти на этот шаг еще в январе. Но потом, проявились какие-то проблески.
Я подумал, что ситуация меняется к лучшему. Но ничего не изменилось. Хочу отметить еще кое-что, арест Рауфа и обвинение по такой тяжелой уголовной статье, все это очень тяжело для меня.
От этого трудно и мне, и творческому коллективу, так как никто не верит и не может себе представить, что Рауф мог такое сделать. И я уверен, что он ни в чем невиновен. Поживем, увидим. Расследования также должны показать это. В любом случае я на это надеюсь.
- Вам поступали угрозы в связи с тем, чтобы статьи г-на Рауфа не печатались в газете?
- За эти 24 года мне поступало много сообщений. Во время нескольких правительственных изменений, нас избивали, и поступали какие-то сообщения. Нас и избивали, и оскорбляли, газета проходила через контроль и давления. Но мы работали, не теряя надежды. Так работали не только мы, но и многие.
Но тут вот какая ситуация, например, когда на нас оказывалось давление, тираж газеты составлял 150 тыс. Как на меня могли давить? Теперь, когда тираж составляет 3000-4000 тыс., у них появляется больше возможностей, чтобы это сделать. Тогда было всего 20-30 газет. А на сегодняшний день зарегистрировано более 4000 тыс. газет.
А число сайтов я вообще не называю. В таких условиях есть необходимость остановиться. Я всегда говорил, что существует закон перехода количества в качество. Но это продлилось очень долго. Я 24 года это повторяю, но качества нет. Количество растет с каждым днем, не знаю, насколько оно должно увеличиться, чтобы перешло в качество.
- Г-н Рауф говорил Вам, что у него есть какие-то проблемы?
- Нет, все это случилось неожиданно. Подобное нам даже в голову не приходило.
- С ареста прошло некоторое время. Сейчас это все можно оценить более хладнокровно. Как Вы думаете, что происходит на самом деле?
- Сложно сказать что-либо. Так как в этом нет логики.
- Матанат Азизову допросили по делу Рауфа Миркадырова. Но, по ее словам, на следствии ей задали вопросы в связи с Лейлой Юнус. Возможно ли, что на самом деле, арест Рауфа Миркадырова - шаг, рассчитанный на арест Лейлы Юнус?
- Знаете, я бы не связывал арест Рауфа с Лейлой Юнус. Если бы Лейлу Юнус хотели арестовать, то ее бы арестовали, указав конкретную причину. Арест Рауфа – это арест Рауфа. Притеснение Лейлы Юнус - относится к самой Лейле Юнус, а то, что Матанат Азизова испугавшись, куда-то сбежала – касается только ее.
- Не видите ли Вы между ними никакой связи?
- Они работали над проектом. Я снова повторяю, если бы Лейлу Юнус хотели арестовать, то это бы сделали. Рауф к этому не имеет никакого отношения.
- Вы виделись с г-м Рауфом на похоронах его отца. Что он Вам рассказал? Как к нему относятся?
- Ему не разрешается говорить об этом деле. Спросил как его дела, чем занимается, какие книги читает? Он сказал, что больше всего читает художественные произведения. У него там есть много времени и там недурная библиотека. Он сказал, что сейчас заново изучает природу русского характера.
- Есть люди, которые связывают его арест с Россией…
- Конечно, но арест связан не только с Россией.
- А с чем же еще?
- С Турцией и лично с отношением Эрдогана.
- Но возникают вопросы в связи с позицией Турции по делу Рауфа Миркадырова…
- Эрдоган нравится многим. Народ голосует за него. Лично мне Эрдоган не нравится. В последнее время он выступает против нормальных демократических институтов и мне кажется, что немного выходит за рамки нормальной логики. Я вообще не ожидал от Турции такого отношения.
- Есть предположения, что Эрдоган пришел к какому-то согласию по этому вопросу во время своего визита в Азербайджан…
- Я не знаю о чем они говорили. Это решается на высшем уровне. У них были свои обсуждения на уровне глав государств.
- Кто может быть больше заинтересован в аресте Рауфа Миркадырова, Турция или Азербайджан?
- На самом деле его арест в интересах России и Армении, так как все статьи Рауфа разоблачали политику России и Армении в Нагорном Карабахе. Рауф знает этот вопрос очень хорошо, вплоть до всех мелочей. Рауф принимал участие в конференциях в Армении, и очень детально, защищая нашу позицию, доказывал им свою правоту.
Он не был выгоден армянам с этой точки зрения. Конечно же, он очень хорошо оценивал политику России в Нагорном Карабахе, также с точки зрения давления на Азербайджан и глобальные политические события, происходящие в последнее время, и разоблачал политику Путина. Россия не была заинтересована в том, чтобы Рауф писал.
- Г-ну Рауфу разрешили участвовать на похоронах отца. По закону такое не допускается, пока не завершилось следствие. Является ли такое мягкое отношение к нему – знаком того, что его могут освободить?
- Когда я беседовал с людьми, разбирающимися в праве, мне сказали, что невозможно, чтобы человека, обвиняющегося по такой статье, выпустили даже временно на похороны. Но Рауфа освободили.
Мне кажется это положительный момент. Я не хочу выдвигать предположения, но надеюсь, что это хороший знак. Насколько я знаю, человека, обвиняющегося по такому делу, не должны были никуда отпускать. Я надеюсь, что в результате расследований, следственные органы докажут невиновность Рауфа.
- Разрешается ли с ним встречаться?
- Нет, он встречается только с адвокатами. Обычно должно даваться разрешение на встречу с родственниками хотя бы раз в неделю. Но пока не разрешают. Я попытался его увидеть, но мне сказали, что такое не допускается согласно законодательству, так как пока идет следствие.
- Мы побеседовали о г-не Рауфе. Положение газеты перешло на второй план. Я бы хотел спросить, поддерживают ли Вас кто-то из Ваших коллег в такую трудную минуту?
- Поддержка моральная, я благодарен всем. Мне звонил даже Хангусейн муэллим - руководитель компании «Qaya», в которой я работал долгие годы. Он спросил, что мы можем сделать? Я ответил, что они могут помочь только с продажей газет. На что он сказал, чтобы мы выпустили газету. Они поддерживают меня морально, что они еще могут сделать?
- Как Вы думаете, газета выйдет когда-то в продажу?
- Клянусь, если бы я это знал, то спокойно хлопнул бы дверью и пошел отдыхать. Пока я этого не знаю. Но надеюсь, что в скором времени в этот вопрос будет внесена ясность.
:640.jpg)
