Современный политический миропорядок переживает серьезные изменения, и в их ряду особо прослеживаются штрихи нового курса самой могущественной державы - Соединенных Штатов Америки. Этот курс предусматривает отказ от прежней американской тактики на мировой арене, но при этом сохраняется стратегическая цель - закрепление глобального лидерства США.
По сути, речь идет о пересмотре, пусть даже и частичном, внешней политики США - лидера западного мира, вызов которому бросили традиционный соперник в лице России и поднимающийся глобальный Юг во главе с Китаем. И если одним из применяемых Соединенными Штатами средств недопущения формирования многополярного мира выступают активно практикуемые администрацией Дональда Трампа меры подчинения Европы воле Вашингтона, то с целью сохранения западного, главным образом - американского, влияния в других стратегических зонах, включая Ближний Восток, Африку, Латинскую Америку, проглядываются новые "дипломатические" элементы. Поскольку Белый дом официально подтверждает, что времена, когда приоритет отдавался силовым методам удовлетворения "жизненных интересов" Америки, остались в прошлом.
Достигшая своего пика четверть века назад практика сокрушения Соединенными Штатами неугодных себе режимов привела к фактическому параличу властных систем в целом ряде стран бурлящего мусульманского Востока - еще одного потенциального центра силы, представляющего опасность для глобальной гегемонии Запада. Однако эта разрушающая практика могла отвечать лишь краткосрочным интересам США, одновременно создавая большие проблемы для реализации их интересов в стратегическом измерении. Поэтому сегодня американская администрация берет на вооружение новые тактические установки, отдавая предпочтение несиловым методам контроля над геополитическими процессами в стратегически значимых регионах.
На это указало, прежде всего, заявление главы Национальной разведки США Тулси Габбард, которая открыто признала, что прежнее стремление Соединенных Штатов к смене режимов в других государствах оказалось контрпродуктивным. И поскольку, заявила она, эта политика привела к потере человеческих жизней и стоила триллионы долларов, а вместо укрепления безопасности в мире лишь увеличила число угроз, президент Дональд Трамп намерен положить конец такому внешнему курсу.
"Это была политика, основанная на принципе одного подхода ко всем. Он сводился к свержению режимов, стремлению к насаждению нашей системы государственности, вступлению в едва понятные нам конфликты. Это привело к тому, что врагов у нас стало больше, чем союзников", - констатировала Габбард.
Примечательны и заявления одного из проводников политики Белого дома на Ближнем Востоке - посла США в Турции и спецпредставителя президента по Сирии Томаса Баррака. Он столь же откровенно, как и Габбард, указал на бесполезность того, что "мы видели падение двадцати восьми режимов и двадцати восьми катастроф". Баррак дал понять, что отныне США не намерены навязывать странам и народам конкретную модель идеологии и политического развития.
Проявлениями нового американского подхода стали наблюдаемые ныне процессы на Южном Кавказе и Ближнем Востоке - в регионах, где США выстраивают новую систему транспортно-коммуникационной и торгово-экономической интеграции. Причем при собственном участии или посредничестве, о чем свидетельствуют инициативы администрации Трампа по урегулированию азербайджано-армянских отношений и военного конфликта в Газе. Что привело к заключению соглашений соответственно в Вашингтоне 8 августа и в Шарм-эль-Шейхе 13 октября. Таковы, по словам Баррака, последствия того, что президент Трамп "изменил всю расстановку фигур на шахматной доске" и "это происходит повсюду".
Однако, действительно ли "повсюду" будет применяться новый метод американской стратегии - переход от грубой силы к тонкой дипломатии, ориентированной преимущественно на мирное сотрудничество и американское посредничество? И можно ли считать, что, скажем, прямое военное участие США на стороне Израиля в 12-дневной июньской войне с Ираном было лишь исключением из правил нового внешнеполитического курса, внедряемого администрацией Трампа?
Основание сомневаться в тотальном преображении внешней политики Белого дома дают последние заявления американского руководства по ряду стран и регионов, где экономическая интеграция при американском посредничестве, похоже, не проходит. И значит, всегда могут быть "исключения" из тактики отказа от "смены режимов". Что лишь свидетельствует об отсутствии у США намерения вообще отречься от практики использования военных средств для достижения долгосрочной стратегической цели - укрепления своего мирового лидерства.
Так, американское медиапространство заполонили сообщения о подготовке Вашингтоном возможной военной операции против Венесуэлы. Подготовка увязывается с указом президента Трампа о расширении полномочий армии США для борьбы с латиноамериканскими наркокартелями. СМИ пишут и о данном главой Белого дома Центральному разведывательному управлению США разрешении на проведение в Венесуэле секретных военных операций. Причем одной из целей Вашингтона называется отстранение президента этой страны Николаса Мадуро от власти. Не случайны в этой связи и утверждения о том, что Трамп дал зеленый свет неофициальным переговорам с Каракасом о "контролируемом уходе" Мадуро в отставку.
Все это - явный признак того, что резкое усиление активности США в Карибском регионе и, в частности, в отношении Венесуэлы не касаются исключительно борьбы с наркокартелями, обвиняемыми в транспортировке своего товара в Соединенные Штаты на быстроходных лодках. Последние, кстати, уже подвергаются регулярным ударам со стороны американской армии. Обсуждение возможной военной операции против Венесуэлы связано с недовольством США политикой правительства Мадуро, не предоставляющего под их контроль богатые природные ресурсы Венесуэлы. Причем не только нефть и золото, но и руды, необходимые для производства новейших технологий и, соответственно, удержания первенства в условиях ужесточающейся технологической конкуренции в мире.
Одновременно под прицелом США оказалась и далекая Нигерия. Трамп пригрозил этой африканской стране: "Если правительство Нигерии продолжит позволять убивать христиан, США вполне могут войти в эту страну, теперь уже опозоренную, во всеоружии, чтобы полностью уничтожить террористов, совершающих эти ужасные злодеяния". И кратко резюмировал: "Предупреждаем: лучше нигерийскому правительству поторопиться!"
Говоря об "убийствах христиан", США ссылаются на деятельность террористических группировок "Боко Харам" и "Исламское государство в Западной Африке", которые, действительно, совершают многочисленные военные преступления в Нигерии уже более десяти лет. По данным самого нигерийского правительства, за эти годы от рук боевиков погибли десятки тысяч человек.
Посол США в ООН Майк Уолтц расценил происходящие в Нигерии массовые убийства как "геноцид христиан под маской хаоса". Между тем, президент Нигерии Бола Тинубу заявил, что попытки характеризовать его страну как нетолерантную к другим вероисповеданиям "не отражают национальную реальность и не учитывают последовательные и искренние усилия правительства для защиты свободы вероисповедания и верований для всех нигерийцев".
"Национальная реальность" Нигерии, действительно, специфична, что связано, прежде всего, с конфессиональным составом ее почти 260-миллионного населения. Одна половина его - мусульмане, другая - христиане, и в целом по стране не наблюдается откровенной вражды между ними на религиозной почве. Согласно экспертным оценкам, проблема носит, скорее, социальный характер: в отдельных районах Нигерии часто происходят столкновения между скотоводами-мусульманами и фермерами-христианами, стороны вступают в конфликт за доступ к воде и пастбищам. Если же и происходят споры или конфликты на религиозной почве, то их жертвами становятся как христиане, так и мусульмане. Показательно в этой связи заявление Экономического сообщества западноафриканских государств (ECOWAS) о том, что действующие в Нигерии террористические группировки нацелены на всех невинных граждан, независимо от их вероисповедания - мусульман, христиан и представителей других религий.
Таким образом, встает резонный вопрос: почему США именно сейчас заострили внимание на многолетней преступной деятельности "Боко харам" и других группировок, терроризирующих население Нигерии?
Политические и общественные круги самой африканской страны выражают мнение о том, что подлинной причиной угроз администрации Трампа в отношении Нигерии является интерес к ее природным ресурсам. Нигерия богата нефтью, газом, золотом, и неудивительно, что даже по поводу предполагаемой скорой встречи президентов Трампа и Тинубу муссируются разговоры о намерении первого заключить сделку в экономических интересах США. В противном же случае Штаты, действительно, могут перейти от слов к делу и "войти в эту страну". В том числе и потому, чтобы вытеснить из Западной Африки конкурентов - Китай, Россию, а также продолжающие цепляться за былое колониальное величие Великобританию и Францию.
Все это и не дает основания полагать, что отказ США от политики смены режимов будет носить тотальный характер. Тем более что сам президент Трамп уже успешно продемонстрировал, в частности на примере американского вмешательства в 12-дневную израильско-иранскую войну, что даже реальные американские удары не в состоянии лишить его имиджа "президента мира". Ведь главное для Вашингтона, чтобы сам мир признал и основывался на безальтернативности американского лидерства.
Натиг Назимоглу
