 (21):1200.jpg)
Вооруженные силы Украины (ВСУ) уже больше полутора месяцев ведут контрнаступательные действия, потихоньку оттесняя российскую армию. При этом, как отметил в интервью CNN министр обороны Украины Алексей Резников, украинское наступление отстает от графика. Кроме того, в западных СМИ появились даже критические материалы по отношению к тактике ВСУ. И на этом фоне появилась официальная информация о том, что Украина предлагает жителям Сумской области страны эвакуироваться, уже запущен эвакуационный поезд Сумы - Киев.
Что происходит на театре военных действий, и почему Запад критикует ВСУ? Ситуацию для Oxu.Az комментирует известный украинский эксперт в сфере обороны и государственной безопасности Олег Стариков.
- Давайте начнем с эвакуации в Сумской области. Что происходит? Есть угроза повторного наступления России на север Украины?
- Это эвакуация местного значения. Такое решение принято из-за угроз для населения в связи с обстрелами и бомбежками. У нас не хватает систем ПВО, полностью страну мы прикрыть не можем. А противник наносит удары по Сумской области. Впрочем, люди особо и не уезжают.
На данный момент, когда мы с вами беседуем, особой угрозы с севера для Сумской области нет. Наступательные действия со стороны Российской Федерации на этом направлении маловероятны.
- Активные боевые действия идут на востоке и юге Украины. И на днях немецкие военные, как сообщает издание Bild, раскритиковали ВСУ. Они со скепсисом относятся к тому, что украинская армия использует сейчас тактику мелких групп, считают, что ВСУ неправильно применяют западную технику, как и полученные навыки в своем наступлении. Но ведь не немцы воюют на поле боя, а украинцы, и командованию ВСУ, наверное, должно быть виднее...
- Совершенно верно! Но тут надо учитывать, что Запад, в том числе и немцы, когда готовили наши боевые соединения, использовали свою доктрину и свой устав. Здесь я сделаю небольшое отступление - мы уже достигли почти полной оперативной совместимости наших вооруженных сил и армий НАТО. ВСУ хоть сейчас можно принимать в Североатлантический альянс. Но принимают не армию, а государство.
Возвращаясь к вашему вопросу. Западные военные аналитики не предвидели, что может быть такого рода война, которая сейчас идет на территории Украины. Это война между двумя индустриальными странами. Запад после Второй мировой войны воевал с государствами, которые были намного слабее (да и то с переменным успехом), или, условно, с повстанцами, под которыми я подразумеваю и ИГИЛ. И сейчас на Западе перерабатывают свои же стратегические концепции ведения боевых действий. Мы, конечно, получаем бесценный опыт, но обходится он Украине большой кровью. Такого рода боевые действия среди стран НАТО могут вести только США и Турция. А еще Украина и Россия.
Но сейчас те же немцы оценивают все по своим боевым нормативам, а не по ситуации на поле боя. Когда планировались контрнаступательные мероприятия, то украинская сторона не учла некоторые моменты, связанные с преодолением оборонительных рубежей противника на южном фронте - так называемой "линией Суровикина". Никто не предполагал, что ее будет так тяжело преодолеть. Надо признать, что российская сторона выстроила все в соответствии со всеми требованиями военной науки.
Выставлено огромное количество минных полей перед наступающими войсками. А когда передовые группы прорываются, то забрасываются минами территории позади них. Немецкие военные этого даже в принципе не понимают - как такое возможно? Оказывается, возможно.
И, самое главное, когда мы запрашивали боевую технику, то в номенклатуре были не только танки, боевые бронированные машины и т.д., но и инженерная техника для преодоления заграждений, которые установили россияне. А там минные поля глубиной 2-3 км, затем первый рубеж обороны, второй, третий. В итоге речь идет об эшелонированной обороне в 20-30-40 км, в зависимости от участков. Но в достаточном количестве эту инженерную технику, например, на базе "Леопардов" нам так и не дали. И не потому, что не хотели - просто ее на Западе очень мало. А все дело опять же в том, что западная доктрина не предусматривала ведение такого рода войн, преодоление подобных укрепрайонов. Финляндия передала штук 12 машин для преодоления минных полей на базе "Леопардов", еще некоторые страны помогли, передали то, что у них было на складах. Но этого просто очень мало. А выводить такую технику из линейных частей западных армий никто не будет, ведь тогда понижается их боевая способность.
Поэтому для того, чтобы не рисковать личным составом и техникой, избежать серьезных потерь, которые были в начальный период наступательных действий ВСУ, наше командование и перешло к тактике малых групп (так называемая разведка боем). В некоторых местах - в районе Времьевского выступа - благодаря такой тактике мы нашли слабые места противника, продвинулись вперед. ВСУ дошли до первых рубежей окопов, то есть мы прошли предполье. Да, медленно, но разве лучше жертвовать личным составом? Да и по стандартам НАТО, надо беречь личный состав. Наше командование старается так и делать.
- Я продолжу тему западной реакции. Во влиятельном американском издании The Wall Street Journal был опубликован материал, в котором, на мой взгляд, достаточно цинично отмечается, что на Западе знали о нехватке у ВСУ ресурсов для наступления, "но надеялись на находчивость" украинцев...
- Я попытаюсь сказать дипломатично, а не как военный эксперт, хотя это будет сложно. Перед проведением операции стратегического уровня разрабатывается план наступления. Генеральные штабы всех стран мира определяют ресурсы, которые нужны, чтобы выполнить задачу военно-политического руководства. Это все - военная наука.
Через формат "Рамштайн" мы стали получать технику, которая необходима. Главнокомандующий ВСУ генерал Валерий Залужный сказал, что нам нужны 300 танков (дивизия), 500 бронированных машин, ствольная и реактивная артиллерия, HIMARS и т.д. Это только на земле, а еще есть воздушная составляющая, данные разведки и прочее. У нас сетецентрическая война, которая ведется и в киберпространстве, и в космосе.
А получили ли мы всю запрашиваемую номенклатуру в необходимом количестве? Насколько я понимаю - нет.
На Западе говорят о находчивости и креативности украинских военных. При этом, как я уже отмечал, главное для них - сберечь своих солдат. А почему жизнь украинских военнослужащих ценится ниже? Они хотят, чтобы воевал личный состав, без достаточной поддержки техники. Им все равно на безвозвратные или санитарные потери ВСУ? На одной находчивости не повоюешь.
Понятно, что на Западе понимают, что боевой и моральный дух ВСУ очень высок, как и подготовка нашего генералитета. И это правда. Но я опять хочу вернуться к военной доктрине НАТО и тем войнам, которые страны альянса вели. Перед наступлением сухопутных войск обязательно задействуются Военно-воздушные силы. Вспомните хотя бы операцию "Буря в пустыне" в Ираке в начале 90-х. Целый месяц с помощью ВВС и дальнобойных ракет уничтожались командные пункты, склады с боеприпасами, линии снабжения, скопления личного состава. И только после этого бронетанковые войска начали наступление. А у Украины разве есть преимущество в воздухе во время наступательной операции? У нас долго не было даже "длинной руки" - речь о ракетах оперативно-тактического уровня. Были HIMARS тактического уровня. И только недавно нам передали Storm Shadow, с помощью которых можно наносить удары, например, по подтягиваемым резервам противника, командным пунктам и складам.
Но мы, безусловно, благодарны западным партнерам, которые в экономическом плане очень серьезно поддерживают наше государство.
Наир Алиев
