Представитель Министерства иностранных дел Ирана Исмаил Багаи на еженедельной пресс-конференции 20 октября высказался о правилах, действующих в Азербайджане в отношении хиджаба.
Как сообщает Oxu.Az, он подчеркнул значимость религиозных верований и убеждений азербайджанского народа:
"Азербайджанский народ - зрелый и дальновидный народ. В вопросах защиты своих верований и убеждений, в том числе хиджаба, которому придаем значение и мы, и азербайджанский народ, и другие мусульмане, они, исходя из интересов своей страны, сами определяют, как и каким наилучшим образом донести свою позицию до правительства", - отметил Багаи.
Преcc-секретарь иранского МИД также выразил надежду на урегулирование вопроса.
"Мы надеемся, что в этой стране, с которой у нас хорошие отношения и которую связывают с нами братские и дружеские узы, не нуждающиеся в дополнительных объяснениях, этот вопрос будет урегулирован на основе взаимопонимания, общих ценностей и уважения основных прав народа", - добавил он.
Заявление Багаи об ограничениях, связанных с хиджабом в Азербайджане, привлекает внимание с точки зрения дипломатического подхода. Выражая свою позицию, Тегеран воздержался от риторики, предполагающей прямое вмешательство во внутренние решения Азербайджана, и дипломатично отнесся к праву азербайджанского народа самостоятельно определять свой выбор.
В высказывании представителя иранского внешнеполитического ведомства примечательна не только значимость, которую он придает религиозным ценностям, но и призыв урегулировать этот вопрос в духе взаимопонимания, опираясь на общие ценности и уважение фундаментальных прав. Такой подход демонстрирует возможность обсуждения чувствительных тем без их превращения в предмет политического противостояния.
Для развития отношений в регионе необходим именно такой подход. Если бы Турция на более раннем этапе выстраивала отношения с Азербайджаном, затрагивая чувствительные вопросы с такой же сдержанностью и взвешенностью, возможно, удалось бы не допустить того, чтобы некоторые разногласия достигли нынешнего уровня напряженности. Это не попытка делать окончательные выводы без учета сложности отношений между Анкарой и Баку, а подчеркивание того, какое влияние дипломатический стиль может оказывать на политические процессы.
Близость государств и общность их ценностей не предполагают обязательного совпадения позиций по всем вопросам. Напротив, подлинное партнерство подразумевает возможность выражать различные взгляды, сохраняя взаимное уважение, а разногласия разрешать посредством диалога, а не давления.
Тон и содержание политических заявлений, особенно касающихся такой страны, как Азербайджан, занимающей важное место в региональных отношениях, заслуживают отдельного внимания. Прочные связи требуют большей чуткости, ответственности и сдержанности при обсуждении выборов партнера во внутренних делах. При этом религиозные, культурные и исторические связи должны служить не углублению политических разногласий, а расширению возможностей для взаимопонимания.
Иными словами, в обсуждении чувствительных вопросов можно придерживаться сдержанного тона, признавать право другой стороны самостоятельно принимать решения и делать акцент на общих интересах. Если бы другие участники региональных отношений также руководствовались этими принципами, удалось бы избежать дальнейшего обострения ряда политических противоречий.
В конечном счете сила дипломатии заключается не в жестких заявлениях и радикальных шагах, а во взаимном уважении, признании решений государств и невмешательстве в их независимую политику, в умении управлять разногласиями без ущерба для отношений. Для близких соседей, союзников и особенно братских стран это имеет особое значение.
Агиль Велили
