Последние события вокруг Ирана вновь демонстрируют, что для Тегерана переговоры - это не только дипломатический процесс, но и сложная политическая и психологическая игра.
Обращают на себя внимание два, на первый взгляд, противоречивых сигнала. С одной стороны, спикер парламента Ирана Мохаммад Багер Галибаф заявил, что страна не будет вести переговоры с США "под тенью угроз". С другой стороны, новый верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи якобы дал "зелёный свет" переговорам, которые могут пройти в Исламабаде.
Как передает Oxu.Az, об этом говорится в видеоматериале Baku TV.
В материале отмечается, что это противоречие не является случайным. Тегеран таким образом пытается выстроить тонкий баланс, одновременно направляя сигналы внутренней аудитории и внешним игрокам о том, что Иран не идёт на переговоры под давлением.
Жёсткие заявления Галибафа, по сути, направлены на демонстрацию отказа от давления со стороны США и политики президента Дональда Трампа. В то же время одобрение переговоров со стороны Моджтабы Хаменеи показывает, что Иран не отказывается от дипломатии, но стремится представить её как суверенное решение, а не результат внешнего давления.
Эксперты называют такую модель "двухуровневой стратегией": публичная риторика строится на жёсткой позиции и демонстрации сопротивления, тогда как параллельно ведётся скрытая дипломатическая работа, направленная на поиск компромиссов и выигрыш времени.
На этом фоне сохраняются и внутренние разногласия в Иране. Корпус стражей исламской революции занимает более жёсткую позицию, считая переговоры недопустимыми в условиях сохраняющегося давления. В то же время дипломатический блок, включая Министерство иностранных дел, выступает за снижение напряжённости.
США, в свою очередь, придерживаются максимально жёсткого подхода, выдвигая требования о полном прекращении ядерной программы и ограничении военной инфраструктуры. В Тегеране такие условия расценивают как фактическое "требование капитуляции".
На этом фоне усиливается роль Пакистана в качестве посредника. Исламабад рассматривается как одна из немногих площадок, приемлемых для обеих сторон, а его главная цель - содействие хотя бы временной деэскалации. По оценкам аналитиков, полноценное соглашение на данном этапе маловероятно, тогда как наиболее реалистичным сценарием остаётся временная договорённость и выигрыш времени.
