Санкции США и ЕС уже отражаются на российской экономике. Это массированный системный удар, под реальной угрозой находятся отрасли, которые не стали объектами объявленного ранее импортозамещения.
Такое мнение высказал в беседе с журналистом Caliber.Az российский политический эксперт Роман Газенко, комментируя негативные последствия для российской экономики санкций, введенных США и ЕС.
"Санкции США и ЕС выявили, что программа российского импортозамещения оказалась провалена. Прежде всего, мы говорим об авиационной отрасли, и сейчас пожинаем эти плоды. Дальше в любом случае пострадает медиапространство. Имею в виду санкции, которые затрагивают российские СМИ, это касается их возможности продвижения российской повестки. Ну а дальше российское население, видимо, очень скоро окажется в условиях, когда привычные им социальные сети перестанут работать в качестве уже ответных санкций России.
Но ситуацию надо рассматривать в более широком аналитическом контексте, и здесь совершенно очевидной становится тенденция уничтожения европейской экономики руками некоего супер-субъекта. Приведу пример. Европейским лизинговым компаниям было предписано отозвать лизинговые самолеты и прекратить поставку новой авиационной техники в Россию. Американские компании, в данном случае Боинг, получают совершенно открытый рынок. Таким образом, мы видим, как Россия в качестве третьего угла используется прежде всего против европейской экономики. Из этого можно сделать очень серьезный вывод: чем по сути является нынешняя война? И кто является основным объектом ее удара? Это не Украина и Россия, которых столкнули, а прежде всего Европа и европейская экономика. Еще до начала боевых действий, в Германии прежде всего, катастрофически взлетели цены на энергоносители, а любой студент экономического вуза может понять, что вслед за этим взлетят цены вообще на все, и прежде всего на продукты первичного жизнеобеспечения. Поэтому говорить о том, что пострадает только российское население, не приходится. Таким же образом пострадает зеркально население Европы. Я могу сделать уверенный вывод, что сейчас и европейская интеграция, и европейская экономика входят в заключительную фазу деиндустриализации. Вслед за ней будет социальный и политический развал", - считает российский эксперт.
Вместе с тем, по оценкам Романа Газенко, страны-партнеры России по ЕАЭС почувствуют на себе западные санкции, поскольку они сильно зависят от российских экономических возможностей.
"Но как любой кризис создает новые возможности, так и выявляет проблему. Члены ЕАЭС теперь будут вынуждены в какой-то степени следовать примеру Азербайджана, и в условиях крушения всей нынешней глобальной экономической политической системы создавать новые альянсы поверх существующих противоречий. В данном случае я могу привести пример Азербайджана и Турции, которые занимают так называемую суперпозицию. То есть стратегическую позицию, которая поднимается над сиюминутными тактическими оценками: кто хороший, кто плохой, кто прав, кто виноват. Это пример стратегического целеполагания, которое опирается на четкое представление о том, что все традиционные альянсы, союзы, шаблоны взаимоотношений сейчас рушатся на глазах. Надо прокладывать связи на основе солидарного партнерства, где нет субъектно-объектных отношений, когда один изымает, а другой отдает. Сейчас время складывания потенциалов не на вражде, а на партнерстве. Выгода должна быть взаимной. В этой оптике уникальный пример стратегического поведения Азербайджана, азербайджанского руководства, пример Турции, показывают, что они готовы поверх текущих противоречий, конфликтов и катастроф выстраивать общее будущее. Это и должно стать примером для стран ЕАЭС. Не ждать милостей от российского денежного мешка, военной силы, не рефлексировать последствия санкций, которые будут применены против Росси, а складывать потенциал для создания альянсов и союзов, их взаимоотношений, основанных на сложении потенциалов. Вместе всегда выгоднее, крушение нынешних экономических глобальных моделей создает уникальные возможности, но только на основе равноправного взаимодействия. Субъектом в нынешних отношениях, то есть государством, которое сильнее нынешних обстоятельств, можно стать только в условиях солидарного партнерства.
Западные санкции против России для Азербайджана и Турции в любом случае не являются фактором, который определяет их политику, эти страны выстраивают стратегическое будущее. Есть разница между рефлекторной политикой, отражающей внешнее воздействие, и субъектной позицией, работающей по своей программе. Это принципиальная разница. Приведу пример рефлекторной политики, когда реагируют на какой-то один фактор, но не видят всей системы в целом. Вспомним, сколько было истерик в той же самой России по поводу поставок Турцией беспилотников "Байрактар" в Украину. Но при этом почему-то никто не обратил внимания, что точно такие же беспилотники были поставлены в страну ЕАЭС - Кыргызстан, где имеется российская военная база. А Россия поставляет оружие и в Турцию - страну НАТО, и в Сирию, и куда угодно. Вот это и есть субъектная политика. Но рефлекторно вдруг стали обвинять Турцию только в этом. Такая неадекватная картина мира ведет к неадекватной реакции, и соответственно она суицидальна. В нынешней же ситуации именно континентальная Европа является проигравшей стороной. Россия в любом случае получит весь комплект последствий международно-правовых отношений, которые сейчас рушатся. Польша изымает российскую собственность, уже заморожены российские активы, международное право действовать перестало. Здесь трудно говорить, кто прав, кто виноват, на самом деле ситуация к этому шла давно. И не принципиален сейчас вопрос о том, кто первым начал эту войну. Мы наблюдаем разрушение тотальной системы всей глобальной конструкции, где право больше не действует, а действует только право силы. Повторюсь, в одиночку в этой ситуации сильным быть нельзя. Уже надо определяться.
Допустим, американский президент Джо Байден пытается выдавать желание за действительность, говоря о том, что война с Украиной ослабит Россию и усилит остальной мир. А куда господин Байден денет Китай?
Китай уже всей мощью своей армии нацелен на Тайвань в этой системе рушащихся международных отношений и благополучно воспользуется тем, что Россия начала первой этот процесс. С другой стороны, никуда не исчезла многолетняя экономическая война США против Европы. Я ни в коем случае не занимаю пророссийскую позицию или наоборот, а просто комментирую заявление Байдена. Это тот самый случай, когда американский президент, что называется, не заметил слона в зоопарке под названием Китайская Народная Республика.
Скажем, не будет России, которая работала определенным сдерживающим фактором во взаимоотношениях между США и Китаем, и вот тогда Вашингтон окажется один на один с другой супердержавой. Это надо понимать в стратегической перспективе, и начнется это очень скоро. Вообще предположения о том, что Россия и Китай находятся фактически в "одной упряжке", достаточно условны. Потому что Китай - это государство, которое заняло нейтральное положение в этом конфликте, а это значит, что Китай будет отстаивать исключительно свои национальные интересы. Сейчас интересы Китая с Россией совпадают. Но это только сейчас. И Китай-то как раз санкций не испугается", - продолжил Газенко.
Далее он отметил, что нынешняя ситуация давно переросла параметры Карибского кризиса, о чем сегодня есть разные версии в экспертном сообществе.
"Карибский кризис пришелся на ту эпоху, когда наличие ядерного оружия, точнее, эффективных средств доставки ядерного оружия сделало большую войну невозможной. В какой-то степени мир откатился сейчас в ситуацию середины 20-го века, если не на его начало, о чем предупреждал в свое время Киссинджер. Он был убежден, что если великие державы не одумаются, то окажутся в позиции накануне Первой мировой войны. Как раз Карибский кризис был урегулирован путем переговоров, без единого выстрела, и позволил разойтись на компромиссе. Но надо не забывать о том, что ни один внешнеполитический компромисс не держится долго. В этой сфере компромисс - это как покраска к ржавчине, рано или поздно любые компромиссы ломаются. К сожалению, нынешняя ситуация вошла в параметры открытого конфликта, а переговоры после начала боевых действий, как правило, показывают их неэффективность", - резюмировал Роман Газенко.
