Интервью Caliber.Az с независимым экспертом из Узбекистана Олегом Голишниковым.
- С первых дней российско-украинского конфликта официальный Ташкент озвучил свою позицию, которая заключалась в том, что Узбекистан против российского вторжения в Украину. Однако, Узбекистан является наблюдателем в рамках ЕАЭС, экономика страны в существенной степени зависит от экспорта в РФ и от денежных поступлений в республику, которые генерирует узбекская община в РФ. Как вы считаете, не отразится ли подобная позиция Узбекистана на отношениях с Москвой?
- По текущей ситуации в Украине Узбекистан действительно занимает нейтральную и взвешенную позицию, что неоднократно демонстрировалось и озвучивалось Ташкентом с первых дней конфликта. На данный момент эта позиция не изменилась даже на фоне недавнего заявления главы узбекского МИД о признании Узбекистаном территориальной целостности Украины и непризнании "ЛДНР". Многие ошибочно восприняли это заявление как изменение позиции Ташкента в сторону более жесткого подхода в отношении действий России в Украине. Но, на самом деле, здесь нет никаких девиаций от первоначальной позиции Ташкента. Во-первых, Узбекистан никогда не признавал "ЛДНР". Скажу больше, Узбекистан не признает и другие "народные республики", которые могут появиться на украинской территории в ближайшем будущем.
Во-вторых, долгое время сама Россия не признавала эти "республики", что уж говорить про другие государства. Даже ближайший союзник Москвы - Республика Беларусь признает территориальную целостность Украины.
В-третьих, Ташкент всегда призывал и продолжает призывать к миру и решению конфликтных вопросов политико-дипломатическим путем. Это применимо и к ситуации вокруг Украины.
- На фоне ситуации в Украине, с кем Ташкенту более выгодно поддерживать и развивать отношения - с Москвой или Киевом?
- Для Узбекистана важно поддерживать и развивать взаимовыгодные отношения как с Россией, так и с Украиной, это неоднократно озвучивалось официальным Ташкентом. Узбекистан намерен и дальше развивать эти отношения. Поэтому позиция Ташкента по текущей ситуации в Украине остается в русле той политики, которую Узбекистан провозглашал и продолжает ее придерживаться.
Конечно, каждой из сторон конфликта хотелось бы склонить Ташкент на свою сторону. В качестве примера можно привести нюансы, когда в официальных пресс-релизах по итогам телефонных разговоров между российским и узбекским руководством наблюдались определенные различия - в российской версии упоминалось о "понимании" Узбекистаном действий России по ситуации вокруг Украины, тогда как в узбекской версии такого "понимания" не излагалось. Или взять, к примеру, призыв посольства Украины в Ташкенте к блокировке вещания российских телеканалов в Узбекистане. Узбекские власти не стали этого делать. Узбекистан исходит прежде всего из своих национальных интересов и противодействует любым внешним попыткам (даже косвенным) втянуть себя в противоборство других государств.
Многие государства по ситуации в Украине оказались в очень сложном положении, в том числе страны Центральной Азии, и занятие взвешенной и нейтральной позиции - задача не из легких, особенно для малых и средних стран на фоне противостояния грандов. Один из основных выводов для стран Центральной Азии на фоне ситуации в Украине с точки зрения внешней политики: "многовекторность" - еще не роскошь, но потребует от стран ЦА более ювелирной работы (наэлектризованность российской политической элиты придется учитывать). В принципе, у Ташкента никогда не было проблем с расстановкой приоритетов и поддержанием баланса во внешней политике, как и с разумным пониманием/оценкой международной и региональной обстановки, даже сейчас, когда "равноудаленность" сменилась "равноприближенностью" во взаимодействии с ключевыми игроками. Корректировка принципов не поменяла ее сути. В этом контексте представляется, что недавно разработанная новая Концепция внешней политики Узбекистана не будет сильно отличаться от действующей внешнеполитической концепции 2012 года.
Для Ташкента демонстрация/подчеркивание своей самостоятельности в международной и региональной системе (даже вопреки пожеланиям ведущих держав) остается насущной потребностью, при этом в сложных/чувствительных международных вопросах (особенно в вопросах безопасности) сохраняется запрос на гибкость, которой Узбекистан придерживается во избежание угроз своим национальным интересам. В любом случае Узбекистан внимательно следит за ситуацией в Украине и отслеживает динамику ее развития. У малых и средних стран практически нет возможности повлиять на эту ситуацию, поэтому придется адаптироваться. В связи с этим беспрецедентное санкционное давление на Россию и, как следствие, нарастание кризисных явлений в российской экономике заставляют многие страны, которые в торгово-экономическом и инвестиционном плане серьезно завязаны на РФ, находить пути обеспечения своей экономической (и в какой-то мере) политической стабильности. И страны Центральной Азии тут не исключение. Работа в этом направлении уже ведется.
- Какие новые риски и возможности для стран постсоветского пространства несет война в Украине и как следствие - санкционное давление на Россию?
- Конечно, можно найти и возможности в складывающейся ситуации, но эти возможности, как представляется, весьма ограничены. Ряд международных финансовых институтов и организаций уже понизил свои прогнозы относительно роста ВВП в странах региона. Допускаю, что в экономическом плане центральноазиатский регион ждет "потерянное пятилетие" (если не десятилетие), если не будут найдены новые точки роста. Ухудшение экономической ситуации в России будет напрямую или косвенно отражаться на центральноазиатских экономиках. На этом фоне станет ли больше Китая в регионе в ближайшей перспективе, пока большой вопрос, но вероятность высокая. Даже если в сторону Пекина уже и поглядывают, страны региона не хотели бы терять баланс в своей внешней политике. К тому же здесь многое будет зависеть от позиции самого Китая.
Ташкент заинтересован в скорейшем урегулировании текущей ситуации вокруг Украины еще и потому, что эта ситуация отодвинула афганскую проблематику на второй план в мировой политике, о чем дал понять замглавы МИД Узбекистана Владимир Норов на состоявшейся в конце марта министерской конференции ООН по гуманитарным обязательствам в Афганистане. Для Ташкента решение афганского вопроса имеет одно из первостепенных значений, так как Узбекистан связывает с Афганистаном развитие крупных инфраструктурных проектов, практическая реализация которых может дать существенный дополнительный импульс экспортному потенциалу не только Узбекистана, но и стран Центральной и Южной Азии в целом за счет усиления взаимосвязанности обоих регионов.
- С государственной позицией все понятно. А чью сторону в конфликте между Россией и Украиной занимает общество Узбекистана? Изменилось ли отношение к России у граждан Узбекистана после 24 февраля?
- Сложный вопрос, здесь нужны социологические исследования. По своим личным наблюдениям могу сказать, что разные мнения звучат в социальных сетях, как правило, эмоционального характера. В узбекском сегменте соцсетей можно наблюдать определенную поляризованность, сейчас она немного спала, но тех, кто "топит за Россию", и тех, кто "топит за Украину", в социальных сетях достаточно много. Кто-то это делает исходя из личного отношения и понимания ситуации, кто-то просто гонится за "хайпом" и т.д.
Важно также понимать, что в информационном пространстве многих постсоветских стран продолжают преобладать российские источники информации (особенно телевидение) и это, как представляется, имеет определенное влияние на настроения в обществе, в том числе в Узбекистане.
- Чем, по-вашему, завершится война в Украине?
- Могут быть разные сценарии, но попытаюсь обозначить тезисно следующее.
Этот военный конфликт не закончится "новой Ялтой" или "новым Версалем", которые изменят мировой порядок. В этом конфликте проиграют все, но больше всех - Украина. Минские соглашения были не такими уж и плохими, если сравнивать с текущей ситуацией. Но возврата к ним уже не может быть. Противоречия между Западом и Россией не уйдут с мировой повестки, но могут вернуться к разумной управляемости. К тому же мир сегодня намного разнообразнее. По большому счету, эта война носит локальный характер, хоть в нее и вовлечены многие игроки (напрямую или опосредовано). Безусловно, эта война будет иметь определенные глобальные последствия, которые уже наблюдаются и ощущаются. Но этот конфликт больше из числа событий, подстегивающих, а не определяющих фундаментальные изменения в мировой политике и экономике, которые уже давно происходят - перемещение центра тяжести экономического и политического влияния с Запада на Восток, укрепление новых центров силы, рост разнообразия политических и экономических моделей развития и т.д. В этом смысле не исключено, что человечество могут ждать и более трагичные события (причем в разных уголках планеты), которые будут ускорять упомянутые выше фундаментальные изменения в мировой политике и экономике.
