Президент Венесуэлы Николас Мадуро в ходе телефонного разговора призвал своего иранского коллегу Хасана Роухани «содействовать реализации мер по восстановлению цен на нефть», сообщает El Universal.
Как передает Oxu.Az со ссылкой на Gazeta.ru, также Мадуро поддержал идею проведения встречи ОПЕК, с тем чтобы выработать стратегию стабилизации цен на мировом нефтяном рынке.
Венесуэльский президент сейчас в весьма тяжелом положении: из-за низких цен на нефть страна находится на грани экономического краха, на прошлой неделе было введено чрезвычайное экономическое положение.
Экономика Венесуэлы более чем на 90% зависит от нефти. В частности, нефть составляет 96% венесуэльского экспорта, но доходы от зарубежных поставок уже упали на 62%.
После отскока вверх во вторник, когда цена барреля Brent превысила 30 долларов, нефтяные котировки вновь пошли вниз. В среду они опустились до 28,2 долларов (Brent) и 28,71 долларов (американская WTI).
И теперь многое будет зависеть от Ирана, который после снятия санкций Запада 16 января уже начал программу наращивания производства нефти. Ранее Иран обещал в кратчайшие сроки после отмены ограничений увеличить экспорт нефти на 0,5 млн баррелей в сутки, а затем, в течение полугода-года, довести дополнительные объемы до 1 млн баррелей.
Венесуэла уже пыталась наладить с Ираном сотрудничество по поводу поддержания нефтяных цен.
Причем было это еще в ноябре 2014 года, когда баррель стоил около 77 долларов. Тогда иранский министр нефти Биджан Намдар Зангене и глава внешнеполитического ведомства Венесуэлы Рафаэль Рамирес в ходе переговоров выработали позицию, согласно которой комфортной ценой является 100 долларов за баррель.
Стороны договорились о сотрудничестве в целях стабилизации цен на нефть и даже пытались привлечь к альянсу Россию. В итоге никаких конкретных действий предпринято не было и баррель продолжил падение.
«Венесуэле в текущей ситуации не позавидуешь, — комментирует аналитик банка «Уралсиб» Алексей Кокин. — Даже если бы Иран захотел что-то сделать для поддержания цен на нефть, рыночных возможностей у него нет, единственный теоретический вариант — объявление войны Саудовской Аравии».
Но главное, что Иран сейчас и не заинтересован в росте цены. Ему необходимо отвоевывать рыночные ниши, потерянные за годы санкций. «А возвращение на рынки предполагает скидки», — отмечает Кокин.
По словам эксперта, себестоимость добычи в Иране составляет 5–10 доллара за баррель, так что даже при цене в 25 долларов Иран сможет выгодно продавать свою нефть — при условии, что сможет занять долю рынка.
