Несмотря на очередной раунд дипломатических маневров и переговоры между делегациями Ирана и США, прошедшие накануне в Женеве, аналитики продолжают оценивать риск прямого военного столкновения как критически высокий. Тегеран, верный своей жесткой риторике, обещает преподать Вашингтону "незабываемый урок" в случае агрессии. Однако за громкими заявлениями иранского генералитета скрывается суровая реальность: способность Исламской Республики противостоять военной машине США, которую Дональд Трамп неоднократно и справедливо называл сильнейшей в мире, вызывает серьезные сомнения.
Как передает Oxu.Az, об этом говорится в очередном аналитическом сюжете YouTube-канала "Свободный Иран".
Ситуация усугубляется фактором Израиля - главного стратегического союзника Белого дома в регионе. ЦАХАЛ обладает не только высокотехнологичным арсеналом, но и уникальным опытом проведения точечных операций, что делает этот тандем экзистенциальной угрозой для иранского режима. В этом геополитическом уравнении возникает ключевой вопрос: кто прикроет спину Тегерану, если Вашингтон все же отдаст приказ об атаке? Какая глобальная сила решится бросить вызов американской армаде ради спасения иранских аятолл?
Первыми на ум приходят естественные геополитические соперники Запада - Китай и Россия. Обе страны позиционируют себя как стратегические партнеры Ирана. Однако история - вещь упрямая. Опыт так называемой "12-дневной войны", вспыхнувшей в июне прошлого года, стал холодным душем для иранских элит. Тот кризис наглядно продемонстрировал: помощь "великих друзей" не выходит за рамки политических деклараций и моральной поддержки. Горькая правда о том, что в критический момент Тегеран остался без реальной военной помощи, позже открыто обсуждалась в Иране на самых высоких уровнях, включая президентский, став предметом острых общественных дискуссий.
Заявления, звучащие сегодня из Москвы и Пекина на фоне новой эскалации, лишь подтверждают опасения: сценарий одиночества Ирана может повториться.
Так, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров в недавнем эксклюзивном интервью телеканалу "Аль-Арабия" охарактеризовал потенциальную атаку на Иран как "игру с огнем". Однако в его словах не прозвучало никаких гарантий военного вмешательства Москвы. Напротив, главный российский дипломат сделал акцент на необходимости диалога и сотрудничества с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ), что фактически является призывом к дипломатическому, а не силовому решению.
Позиция Пекина еще более сдержанна. Вчера официальный представитель МИД КНР Мао Нин, отвечая на прямой вопрос журналистов о том, поддержат ли Китай и Россия Иран в случае американского удара, ушла от конкретики: "Китай последовательно выступает за решение проблем политико-дипломатическим путем и против применения силы в международных отношениях".
Безусловно, нельзя отрицать факты военно-технического сотрудничества. По многочисленным данным, в последнее время и Россия, и Китай поставляли в Иран различные виды вооружений, включая современные средства ПВО. Однако наличие импортного оружия и прямое вступление ядерных держав в войну на стороне Ирана - это принципиально разные вещи. Вероятность того, что Москва или Пекин отправят свои войска умирать за Тегеран, стремится к нулю. Россия в данный момент полностью поглощена сложнейшей геополитической партией и конфликтом в Украине, что связывает ей руки на Ближнем Востоке. Китай же, несмотря на соперничество с США, продолжает вести осторожную политику, избегая открытой военной конфронтации, которая может обрушить глобальную экономику.
