Потеря памяти и возраст неразрывно связаны между собой в массовом сознании. Однако причины возрастных изменений главного органа центральной нервной системы гораздо более многогранны, чем банальное старение клеток.
Как передает Oxu.Az со ссылкой на Vice, новое фундаментальное исследование, основанное на масштабном научном проекте и опубликованное в авторитетном журнале Nature Communications, демонстрирует, что механизмы угасания разума представляют собой сложную архитектурную перестройку всей черепной коробки.
Исследовательская группа из Университета Осло провела колоссальную аналитическую работу, обработав данные почти 3 800 человек, чьи когнитивные способности на момент старта наблюдения оценивались как нормальные. Для полноты картины было проанализировано более 10 000 снимков магнитно-резонансной томографии (МРТ) и свыше 13 000 тестов на запоминание, собранных в ходе долгосрочных лонгитюдных исследований по всему земному шару. Результатом стал один из самых подробных научных трудов в истории нейробиологии, раскрывающий, как на самом деле меняется "серое вещество" с годами и как эти структурные метаморфозы стирают нашу личность.
Ученые обнаружили, что эпизодическая память - уникальная способность человека вспоминать конкретные события прошлого (от школьного выпускного до вчерашнего завтрака) - действительно деградирует с возрастом. Это явление многие могли замечать, общаясь с пожилыми родственниками, которые помнят стихи из детства, но забывают о недавнем визите врача. Однако, как показывает статистика, этот процесс протекает неравномерно и сугубо индивидуально.
Традиционно "главным обвиняемым" в деле о потере воспоминаний считался гиппокамп. Эта структура, названная анатомами XVI века в честь морского конька из-за своей изогнутой формы, действительно является центром консолидации памяти. Однако норвежские ученые доказали: амнезия не обусловлена поломкой лишь одной детали этого сложного механизма. Угасание разума сопровождается широкими процессами атрофии мозговой ткани.
Аналитика показывает, что критическая точка невозврата часто наступает после 60 лет. Именно в этом возрасте процессы деградации становятся наиболее заметными, особенно у тех пациентов, чей объем мозга сокращался быстрее среднестатистических показателей еще в зрелом возрасте. Это напоминает эффект "снежного кома", когда небольшие структурные потери приводят к лавинообразному ухудшению функций.
В ходе исследования особое внимание уделили носителям аллеля APOE ε4 (аполипопротеин Е). В генетике этот маркер считается "черной меткой", указывающей на высокий риск развития болезни Альцгеймера. У участников с этой генетической особенностью наблюдалась ускоренная потеря объема мозга и более резкое ухудшение памяти. Однако, что удивило ученых: в целом динамика разрушения нейронных связей у них была аналогична динамике всех остальных участников. "Ген-разрушитель" лишь нажимал на педаль газа, ускоряя процесс, но не менял саму дорогу - основополагающий механизм деградации оставался прежним.
Если выводы этого исследования подтвердятся в клинической практике, то само понятие потери памяти будет переосмыслено. Вместо локальной проблемы это будет трактоваться как медленное накопление системных уязвимостей в сочетании с широкомасштабной деградацией всей структуры мозга.
Для медицины будущего это будет иметь вполне реальные и прагматичные последствия. Если потеря памяти отражает тотальные изменения в мозге, а не отказ одной его части, то будущие препараты должны быть "коврового действия", нацеленными сразу на несколько областей коры и подкорки. Терапию придется начинать на гораздо более ранней стадии - возможно, за десятилетия до появления первых симптомов забывчивости. Скрининг мозга (МРТ) может стать обязательной ежегодной процедурой для людей среднего возраста, наравне с кардиограммой.
Положительным моментом в этой пугающей картине является универсальность. Поскольку механизмы старения мозга, по-видимому, одинаковы для всех, новые методы лечения могут оказаться эффективными для всех групп населения, вне зависимости от их генетического риска.
