В Женеве завершились двухдневные переговоры министров иностранных дел Азербайджана и Армении - Эльмара Мамедъярова и Зограба Мнацаканяна.
Из протокольных заявлений МИД двух стран и совместного завления с сопредседателями Минской группы (МГ) ОБСЕ следует, что ощутимых достижений в вопросе урегулирования нет, но налицо факт смены формата переговоров. И на этой ноте министры договорились встретиться в ближайшее время еще раз.
Несмотря на то, что заявления сторон по итогам встречи на первый взгляд кажутся идентичными, при внимательном изучении документов становится очевидным: они взаимодополняют друг друга.
Так, МИД Азербайджана отмечает, что "стороны обсудили представленную сопредседателями повестку". Этой формулировки в заявлении армянской стороны нет. МИД Армении в лице Анны Нагдалян отмечает, что стороны обсудили "также график и повестку продвижения мирного процесса". Эта формулировка в оригинале звучит так: "...timing and agenda for advancing the settlement process". В данном конкретном случае "timing and agenda" можно перевести и как "сроки и программа".
Не менее интересная формулировка содержится и в совместном заявлении сторон с сопредседателями МГ ОБСЕ. Из документа следует, что "сопредседатели подтвердили свою полную приверженность оказанию сторонам помощи в поиске мирного решения конфликта и принципа конфиденциальности в процессе урегулирования, а также необходимости творчества и духа компромисса для достижения справедливого и прочного мира".
До настоящего времени переговоры по урегулированию конфликта велись на основе "мадридских принципов", утвержденных в 2007 году и обновленных в 2009 году. В указанных заявлениях про "мадридский формат" ничего не сказано, равно как и о всеобъемлющем мирном договоре, о котором мы часто слышали за последние несколько лет. Будет к месту отметить, что глава МИД Азербайджана неоднократно заявлял о готовности Баку подписать этот документ.
О чем же все-таки говорили главы МИД Азербайджана и Армении в Женеве два дня подряд? Перед тем, как ответить на этот вопрос, необходимо рассмотреть ряд немаловажных факторов, сопутствующих встрече министров.
24 января заместитель министра иностранных дел России Андрей Руденко в Москве принял сопредседателей МГ ОБСЕ, а также личного представителя действующего председателя ОБСЕ. Сайт МИД России сообщил, что "в ходе консультаций обсуждались актуальные проблемы нагорно-карабахского урегулирования, а также вопросы координации посреднических усилий трех стран".
29 января, в первый день переговоров главу азербайджанской общины Нагорного Карабаха Турала Гянджалиева принимает посол США в Баку Литценбергер. Встреча инициирована главой американской дипмиссии. Помимо всего прочего, Гянджалиев довел до сведения Литценбергера позицию азербайджанской общины Нагорного Карабаха по урегулированию конфликта, ее желание вернуться под родной кров и восстановить нарушенные права.
В тот же день по инициативе французской стороны состоялся телефонный разговор президентов Азербайджана и Франции - Ильхама Алиева и Эмманюэля Макрона. Пресс-служба главы Азербайджанского государства сообщила, что "Президент Азербайджана В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ довел до французского коллеги позицию Баку по конфликту".
На фоне официальной встречи с недвусмысленным заявлением армянскому изданию "168 жам" выступил аналитик Центра региональных исследований Давид Шахназарян. Он заявил, что в Женеве идут содержательные переговоры вокруг политического урегулирования карабахского конфликта.
"Самые ключевые из них - создание зон совместного проживания армян и азербайджанцев, в первую очередь обсуждается вопрос Шуши, а также интенсификация содержательных переговоров", - подчеркнул Шахназарян.
Также немаловажным является заявление Мнацаканяна за пару дней до встречи с азербайджанским коллегой. Он назвал предстоящую встречу "переговорами". До этого правительство Армении на самом высоком уровне называло переговоры или "встречами", или "консультациями".
В этом контексте примечательны высказывания главы МИД РФ Сергея Лаврова, которые были сделаны в Баку и Ереване перед встречей Мамедъяров-Мнацаканян в Братиславе в начале декабря 2019 года.
В Ереване российский министр подчеркнул, что принципы территориальной целостности, самоопределения и исключительно мирного урегулирования споров закреплены во всех вариантах документов, которые обсуждаются сторонами.
"В любом случае окончательное решение должно учитывать все эти принципы, с этим не спорит ни Ереван, ни Баку. А дальше это уже искусство дипломатии, но на самом деле - готовность к компромиссам. Любой договор, тем более по такому сложному вопросу, это компромисс", - сказал Лавров.
На организованной для азербайджанских СМИ пресс-конференции по итогам визита в Азербайджан Лавров заявил: "Я за контакты между общинами Нагорного Карабаха".
"Россия была одним из авторов этой инициативы [поездка журналистов]. Я считаю, это очень важно. Любое решение должно быть принято людьми, которые живут на этой земле. Я за контакты между общинами, и чтобы они возобновились. В итоге все равно все население Карабаха должно будет решить, как им жить", - сказал Лавров в Баку.
На той же пресс-конференции Мамедъяров, в свою очередь, подчеркнул, что МИД Азербайджана обратился к сопредседателям в связи с подготовкой доклада об оценке ситуации и решении вопроса безопасности. "Для этого нужны серьезные предметные переговоры. Я думаю, что завтра (в Братиславе) мы откроем эти новые предметные переговоры", - сказал Мамедъяров.
А уже 5 декабря 2019 года после встречи с армянским коллегой в Братиславе, которая длилась три с половиной часа, Мамедъяров охарактеризовал переговоры как "серьезные и тяжелые".
Армения требует от Азербайджана вовлечения в переговорный процесс представителей сепаратистов Карабаха. А совокупность фактов и тенденций последних месяцев в данном контексте, в том числе встречу Гянджалиева с Литценбергером по инициативе последнего, а также российскую инициативу по компромиссам следует охарактеризовать как усилия посредников посадить за стол переговоров азербайджанскую и армянскую общины Нагорного Карабаха.
Считать все эти факторы простым совпадением было бы глупо. Семь часов переговоров 29 января и 4,5-часовые переговоры 30 января свидетельствуют о том, что стороны конфликта вели предметные обсуждения, старт которым, согласно Мамедъярову, был дан в Братиславе.
По всей видимости, урегулирование карабахского конфликта по "мадридской формуле" стало неактуальным или временно заморожено. Вместо нее готовится какой-то новый документ. Полагаю, из Братиславы министры вернулись домой с "черновиком" предварительно одобренной новой формулы урегулирования, вокруг которой так долго велись обсуждения в Женеве.
Вероятнее всего, в ходе последующих встреч будет подписано некое новое декларативное соглашение, которое ляжет на стол переговоров в Баку и Ереване и четко обозначит обязательства, сроки и планы (timing and agenda) в карабахском вопросе.
Фардин Исазаде
