История Билли Миллигана стала одним из самых обсуждаемых случаев диссоциативного расстройства идентичности. В одном человеке жили 24 личности, которые постоянно переключались между собой, а некоторые из них совершили преступление.
Как передает Oxu.Az, "Рамблер" подготовил материал о том, что это за болезнь и как её лечат.
О чём речь
Билли Миллиган - американец, которого судили за несколько серьёзных преступлений. Однако психиатрическая экспертиза показала, что у подсудимого множественное расстройство личности. Суд посчитал, что Миллиган не контролировал своих действий, поэтому его поместили в психиатрическую больницу, где он провёл около десяти лет, после чего вышел на свободу.
Значит, синдром Билли Миллигана - это множественное расстройство личности?
В целом да, но тут есть несколько важных оговорок. "Синдром Билли Миллигана" - это популярное неофициальное название множественного расстройства личности. Однако и этот медицинский термин устарел. Сегодня, согласно номенклатуре психических расстройств (DSM-5), это называют диссоциативным расстройством идентичности (ДРИ).
И Миллиган был первым с такой болезнью?
Нет. В честь него это расстройство стали называть из-за громкого дела с оправданием. А первые упоминания о множественном расстройстве личности были более 200 лет назад. Некоторые исследователи также полагают, что состояния транса и одержимости могут иметь схожие диссоциативные механизмы и частично пересекаться с симптомами ДРИ. Тем не менее это отдельные клинические состояния внутри диссоциативного спектра.
Почему же так происходит?
Точного ответа нет. Диссоциативное расстройство идентичности часто связано с тяжёлым детским насилием и психологической травмой. Например, Билли Миллиган в возрасте 8 лет был изнасилован своим отчимом. И только после этого у него стали проявляться другие личности.
Дело в том, что психика ребёнка ещё не умеет нормально переваривать ужас и боль, поэтому может как бы отделять невыносимые переживания от основной личности. Так появляются разные состояния: одно помнит травму, другое живёт обычной жизнью, третье защищает, злится или берёт контроль в стрессовых ситуациях.
То есть дело не в богатой фантазии?
Именно. Человек с ДРИ часто не контролирует эти переключения. Он может не помнить, что делал, не узнавать свои записи, вещи или поступки. Таким образом мозг пытается справиться с опытом, который когда-то оказался слишком тяжёлым.
А как понять, что у человека именно это расстройство?
Самостоятельно - почти никак. ДРИ может выглядеть по-разному и часто маскируется под тревогу, депрессию, посттравматическое стрессовое расстройство или резкие перепады настроения. Поэтому диагноз ставит психиатр.
Главный признак - ощущение, что у человека есть разные состояния идентичности. Они могут отличаться голосом, манерой речи, поведением, возрастом, привычками или отношением к людям. При этом сам человек может не помнить, что делал в другом состоянии. Именно такие провалы в памяти и потеря контроля отличают это расстройство от других.
Это равноценные личности или есть основная и все остальные?
По ощущениям все личности равнозначны. То есть человек в действительности переживает весь спектр ощущений и мыслей, характерных для конкретной личности. При этом выделяют основную - ту, которая больше других управляет повседневной жизнью. Но она не более "настоящая", чем другие. Кроме того, основная личность не обязательно "здоровее" других. Например, именно в ней может быть травматический опыт, тревоги или панические атаки.
А чем ДРИ отличается от шизофрении?
При ДРИ главная проблема - в нарушении целостности "я". У человека могут быть разные состояния личности, провалы в памяти и ощущение, что какие-то поступки совершал не он. То есть психика как будто разделяет разные переживания, воспоминания и способы поведения.
При шизофрении главная проблема другая - нарушение восприятия реальности. У человека могут быть бредовые идеи, галлюцинации, ощущение преследования, странные убеждения, спутанная речь или мышление. Например, он может слышать голоса, которые комментируют его действия или приказывают что-то сделать. При диссоциативном расстройстве "голоса" тоже иногда бывают, но чаще они воспринимаются как внутренние части себя, а не как внешняя реальность.
Такой человек опасен для окружающих?
Большинство людей с диссоциативным расстройством не опасны и чаще сами страдают от тревоги, стыда, провалов в памяти, последствий травм и страха потерять контроль. Поэтому такой человек должен получать поддержку. При лечении, стабильном режиме и работе с психотерапевтом риски заметно снижаются.
Это лечится?
Да, с ДРИ можно работать. Однако пациенты должны понимать, что это, как правило, длительная психотерапия. На первом этапе человеку помогают лучше справляться со стрессом и уменьшить провалы в памяти, а уже потом осторожно работают с травматичным опытом.
Цель лечения - не убрать лишние личности (хотя это может происходить в процессе терапии). Здесь важно наладить связь между разными состояниями и вернуть человеку больше контроля. То есть добиться того, чтобы разные части психики лучше "договаривались" между собой.
Иногда в процессе терапии разные состояния идентичности постепенно объединяются в более цельное "я". То есть у человека становится меньше личностей, и это облегчает его состояние. У некоторых пациентов бывает и полная интеграция. Здесь многое зависит от индивидуальных особенностей и тяжести травматического опыта.
Специальных лекарств от ДРИ нет. При этом препараты могут назначать от сопутствующих симптомов - тревоги, депрессии, бессонницы или панических атак.
